подобных соображений. Единственной компанией в этом долгом путешествии для меня стала молодая служанка по имени Аша. У нее было веселое круглое лицо, а волосы заплетены в две толстые, смазанные маслом косы, спускавшиеся по спине. Обычно Аша прислуживала рани Каушалье, но раджа велел ей отправиться в эту поездку для меня. Я опасалась, как бы Аша не возненавидела меня по примеру Каушальи, но, к моему удивлению, этого не случилось. Каждый вечер она укладывала мне волосы и обтирала лицо, и, как меня это ни раздражало, выглядела я лучше, чем когда-либо: ловкие пальцы Аши умели ублажать мои волосы, чтобы они лежали именно так, как надо. И ярко-зеленая плетеная тесемка между нами каждый день прирастала новыми прядями. До ночей с Дашаратхом у меня оставались вечера, когда солдаты разбивали лагерь, а Дашаратх был занят обсуждением стратегии со своими советниками. Вспомнив наши с Юдхаджитом прогулки верхом, я пользовалась этой возможностью, чтобы ускользнуть в сумерках и навестить главного конюха. Ашвасен был немолодым мужчиной, бывшим возницей отца Дашаратха. В его длинных каштановых волосах поблескивала седина, и, хотя двигался он неуклюже и говорил грубовато, Дашаратх считал его незаменимым. В первый вечер я сказал ему, что просто хочу побыть немного с лошадьми. – Они напоминают мне о доме, – сказала я и, взяв у одного из слуг щетку, принялся чистить крупного бурого жеребца. Конюх какое-то время наблюдал за мной, скрестив руки на груди. – Это грязная работа, – сказал он наконец. – Она меня не пугает, – пробормотала я, и это была правда. Поглаживая одной рукой теплые лошадиные бока, а другой осторожно водя щеткой, я впервые за долгое время чувствовала, что снова стала самой собой. – Хм… – Ты прекрасно о них заботишься, – сказал я. – Мой отец не пожелал бы лучшего обращения. При этих словах лицо конюха слегка смягчилось. Он отошел, но в Плоскости Связи между нами соткалась симпатичная коричневая ниточка. На следующий день Ашвасен предложил мне прокатиться на маленькой серой кобылке, и я охотно согласилась. Наша связь укрепилась – я даже не заметила этого, но, когда взглянула на третий вечер, между нами вился гибкий, похожий на молодое деревце шнур. Одна из моих первых настоящих связей в Айодхье! В тот же вечер я попросила показать мне царскую колесницу, уже приготовившись в случае надобности использовать Плоскость Связи. Но магия не понадобилась: Ашвасен охотно согласился. Мы долго обсуждали свойства колесницы, и на него, кажется, произвели впечатление мои познания.