Часть II Глава 8 Есть люди, которые винят Мантхару в том, что я сделала: будто бы это она заставила меня взять ее с собой в Айодхью и там вертела мной как хотела. Но это был только мой собственный выбор, и притягивать сюда имя Мантхары было бы просто жестоко. Ведь не будь ее рядом, я бы никогда не отправилась в бой и не спасла царя, а Косала канула бы в глубины веков, оставшись без наследника. Первое впечатление от Айодхьи было прекрасным. Вид дворца и прилегающих к нему земель совершенно покорил меня. Пышная зелень простиралась до самых стен, и кое-где среди нее вились изящные дорожки, обрамленные целым морем цветов. Их аромат так и витал в воздухе: благоухание розы и жасмина смешивалось в нежный и приятный букет. Все это мало походило на высокие травы и простые, ничем не украшенные лужайки Кекайи. Передо мной возвышался дворец, выстроенный из светло-серого камня, поблескивающий на свету то тут, то там, словно осыпанный драгоценными камнями. Его венчал изогнутый купол, устремленный в небо и знаменующий собой величие Айодхьи. А размеры! Дворцовые земли разбегались вширь, словно распустившийся цветок. Ряд изящных открытых арок окружал внутреннее пространство дворца, придавая строению глубину. Я сделала несколько шагов ближе и разглядела над арками замысловатую резьбу – узоры из переплетенных звезд и лун. Над арками виднелись большие окна, заклеенные бумагой, которые, должно быть, в дневное время пропускали много света. Теперь я понимала, почему другие находили мой прежний дом с его глухим камнем и суровым убранством мрачным и зловещим. Один только вид этого дворца поднял мне настроение. – Тебе нравится? – спросил Дашаратх, улыбаясь. Я с готовностью кивнула. – Просто невероятно. Я шла за ним как завороженная, любуясь залами, увешанными гобеленами. В Кекайе если и висели где-то гобелены, то в моде были черные фигуры на однотонном фоне. А здесь я то и дело останавливалась и разглядывала одну за другой красочные сцены, разворачивающиеся на полотнах передо мной. Одна из них была выполнена в таких ярких оттенках синего и зеленого, что я не могла не задержаться, чтобы рассмотреть ее повнимательнее. Это было изображение огромной рыбины, тянувшей за собой лодку, и я узнала историю Матсьи и Ману. Ману был молодым вождем племени, когда обнаружил в питьевой воде маленькую рыбку – Матсью. Ману был добрым человеком, и, когда Матсья рассказала, как боится, что ее проглотит какая-нибудь более крупная рыба, он взял ее под свою защиту. Когда рыбка выросла, она стала такой большой,