И Саша, наш младший. Ему нельзя нагружать психику лишними переживаниями, иначе занятия с психологом и работа над его замкнутостью никогда не дадут нужного результата.
Так, Лера, стоп. Почему именно ты должна думать о благополучии семьи? Пока твой муж беззаботно проводит время с любовницей.
– С тобой все хорошо? – осторожно спрашивает Стас, когда я слишком громко ставлю миску из-под теста и половник в раковину.
Руки дрожат, тело с трудом слушается, и все движения получаются неловкими. Пока иду к столу, ударяюсь об угол кухонного острова, следом не замечаю машинку на полу и чуть не совершаю грациозное падение.
Кое-как добираюсь до обеденной зоны и сажусь напротив мужа. Он уже поел, и это хорошо.
Странно говорить об изменах с набитым ртом.
Пока мужчина потягивает свой утренний кофе, я наливаю стакан воды и ожидаемо проливаю половину на белую скатерть.
– Да что с тобой, Лера? – не выдерживает Стас, забирая у меня из рук кувшин и стакан, пока я ничего не разбила.
Хватит уже собираться с духом. Если и прыгать с обрыва, то с разбега.
– Ты изменяешь мне с Полиной? – то ли вопрос, то ли констатация факта, но мой голос звучит слишком обреченно.
Хотя как еще он должен звучать, если любимый мужчина предал меня?
– Лееер… – с опасением тянет Стас, – Мне кажется, нам пора в отпуск, а сразу после ты выйдешь на работу. Это домохозяйство тебя до добра не доведет.
Он сейчас серьезно?
– Ты издеваешься? – вырывается у меня.
– Нет, это ты издеваешься, – отвечает мужчина, и я вдруг ловлю в его голосе едва заметное раздражение, – Откуда ты вообще взяла эту чушь про измены?
Стас аж подскакивает со стула. Начинает убирать посуду за собой, изображая бурную деятельность.
– Спасибо, дорогая жена, поел! – на эмоциях добавляет он.
– Ты не ответил на вопрос… – не успокаиваюсь и не успокоюсь, пока не буду знать правду.
Встаю вслед за мужем и подхожу к кухонному шкафчику, где обычно храню счета за коммуналку. Выдвигаю его и достаю конверт с пачкой фото, на которых мой Стас так красиво обнимается со своей новой сотрудницей.
– Я не собираюсь отвечать на этот бред, – доносится до меня уже злой голос мужчины, – Большей чуши от тебя не слышал…
– А это тогда что? – теперь моя очередь злиться, потому что наш разговор начинает походить на общение врача и душевнобольной.
Не позволю делать из меня дуру и дальше.
Протягиваю мужу снимки и жду. Объяснений или честного признания – что угодно, лишь бы избавиться от этой неопределенности.
Потому что по фото ничего не понятно до конца. Они просто обнимаются на кадре, где-то Стас держит девушку за руку или помогает сесть в свою машину. Ни поцелуев, ни секса – можно списать на дружеское общение, но не припомню, чтобы мой муж еще с кем-то так «дружил».