– Откуда у тебя это? – спустя, наверное, минуту молчания произносит муж.
– Какая разница? – вспыхиваю, – Так сложно ответить на мой вопрос? Ты изменяешь мне с этой Полиной? Да или нет?!
Надо бы убавить громкость голоса, пока дети не сбежались на наши крики, но я не могу. На кону моя жизнь, а Стас продолжает смотреть на меня как на городскую сумасшедшую.
– Нет, – выплевывает мужчина, отталкивая меня в сторону и раскидываю доказательства своей измены по всей кухне, – Выкинь эту сфотошопленную подделку и больше не задавай мне настолько глупые вопросы!
Муж, нарочито громкой топая, уходит наверх, в нашу спальню, а я… начинаю тихонько смеяться, не обращая внимания на скатывающиеся по щекам слезы.
Он мне изменяет. В этом можно не сомневаться.
Пока собираю фото, мысленно сдираю с лица невидимые розовые очки. Пусть будет адски больно, пусть останусь одна, но я не позволю никому вытирать об меня ноги.
Ни мужу, ни друзьям. Никому, кто знал или догадывался об этих изменах. Кто лживо улыбался мне и покрывал Стаса.
***
Загружаю тарелки в посудомоечную машину и убираю блины в контейнер, чтобы позже покормить детей.
Вот о ком мне нужно сейчас думать.
Ника будет в ужасе – она полностью папина дочка. А Сашка…
Мы усыновили его полтора года назад, после пары лет безуспешных попыток забеременеть и жестокого приговора врача: «Бесплодна, а что вы хотели в таком возрасте».
Саша – испуганный, забитый мальчик, который в один день остался без родителей. Мама и папа попали в аварию, а бабушек и дедушек у него не было.
Я случайно наткнулась на его анкету в базе – Сашу тогда только привезли в детский дом, и он, мягко говоря, был в ужасе от всего происходящего вокруг.
Сейчас ему почти шесть, и Стас за это время так и не смог полюбить ребенка.
«Ну не могу я. Не мой он», – как-то в порыве ответил муж.
Осуждала ли я его?
Нет. Не все могут полюбить чужого ребенка. Особенно, когда очень хотел своего.
И Саша тоже не осуждал. Так сложилось, что и он особо не тянулся к мужчине, поэтому наш разрыв для него пройдет менее болезненно.
Что не скажешь о Нике.
В шестнадцать лет каждое событие – драма. К этому добавьте непростой подростковый характер и «папа – мой кумир».
Нам в обычной жизни вдвоем тяжело. Что будет с моей девочкой, когда я выгоню Стаса из дома?
Я не знаю…
Самое ужасное и смешное одновременно, что за этими мыслями я даже не заметила, как муж уехал на работу. Тихо. Не создавая лишнего шума, чтобы я не поймала его у выхода и не продолжила допрос.
Взял и сбежал как трус.
Глава 7
Стас
– Что мне делать, Галь?
Хожу из угла в угол, как зверь в клетке, и не понимаю, в какой момент моя идеальная жизнь дала сбой.