— Ты большой, но очень милый лжец.
— Все это правда, до последней буквы…
— А я не представляю без тебя, Лили и Миши свою жизнь.
— И не нужно. Мы всегда будем рядом…», — просыпаюсь словно от удара в сердце. В самый его центр.
Из уголков глаз стекают тонкие струйки слез, как и внутри меня с одним отличием, душа истекает кровавыми слезами.
Это была наша последняя годовщина… последняя теперь во всех смыслах этого ужасного слова. Уже ничего не исправить.
Перекатываюсь набок и пугаюсь Тимура, сидящего рядом со мной. Но не издав и звука, задаю лишь один вопрос, потому что просто не смогу вытерпеть и дня больше, изведусь и потеряюсь окончательно в догадках:
— Кто та женщина, Тим?
— Здравствуй, мам. Как вы тут? — целую ее и подхожу к сыну, севшему кушать. — Привет, малыш.
— Привет, ма. Суп будешь?
— Спасибо и приятного аппетита, — сажусь к ним за стол и принимаю тарелку с ароматным бульоном.
— А чего так рано приехала? Суббота же. Могла и завтра забрать внука или вечером хотя бы.
— Мам, я у Кристины была, сразу за Мишей приехала. Не хотелось мотаться.
— А с лицом что?
— А что у меня с лицом?
— Зареванная.
Да, мама у меня прямолинейная. Что думает, что видит, то и говорит. Не права так извинится, но чаще всего она попадает в цель.
— Не смеши. Я проснулась и не накрасилась даже.
— Кир, я твоя мама, а не соседка или подружка.
— Да ма, — вмешивается сын, — мешки под глазами.
— Да что вы пристали? — улыбаюсь слегка нервно и наигранно. — Старею я.
— В тридцать пять женщина расцветает, а не стареет. Не хочешь не говори.
— «Приятного аппетита, Кира», — вы хотели сказать?
— Ешь уже, юмористка. Задержишься немного? Там счета пришли какие-то, письма, не могу разобраться в них.
— Конечно, — улыбаюсь ей и беру в руку ложку, опуская голову, пытаясь скрыть чертовы мешки.
Пока помогала маме с оплатой ЖКХ, сын смотрел телевизор, и стоило мне встать с кресла, он побежал в сторону ванной.
Рванула за ним, найдя его над унитазом.
— Мишуль, что такое.
— Тошнит мам, выйди.
— Уверен? Может с тобой побыть?
— Не.
Стою под дверью и слышу, как его рвет.
— А что случилось?
— Не знаю. Тошнит его. Вы ничего не съели с испорченным сроком годности?
— Да нет. Сама знаешь, все свежеприготовленное. В школе может?
— Боже, только бы не серьезное что-то.
Сын выходит ко мне бледный и слегка горячий.
— Миш, может, съел что-то не то? В школе купил, в магазине?
— Не, только столовке ел и все. Ну и у бабушки.
— Посидим чуть-чуть, чтобы не тошнило?
— Вроде норм уже, поехали.
— Скажи, если станет мутить в дороге.
Прощаемся с мамой и по пути заезжаю в аптеку купив на всякий случай специальный гель-абсорбент и для восполнения жидкости препарат, если вдруг снова будет рвота.