— Милая, ты должна понимать, что твой папа лично этого не слышал. Но так говорит дядя Андрей. Поэтому, если ты услышишь от него что-то подобное, не воспринимай близко к сердцу.
— Мам, я правда поняла. Даже если и правда, я не жила с чувством, что никому не нужна. Мне, если честно как-то ровно. Так что зря ты переживала с папой.
— Мы тебя очень любим, и я рада, что ты это знаешь без слов.
Я выдохнула, Тим тоже.
На улице была настоящая зима. Снег лежал не тонким слоем, но картинка виделась мне великолепной.
Новый год представлялся мне в смутных красках. Я не знала, как его отмечать. Как было бы правильно?
Почему нет нигде инструкции жизни после развода с наличием двух детей? Было бы определенно проще. Но увы, мы сами строим жизнь, решая, что именно правильно.
— Пятница день тяжелый? Так говорят? — в отдел вошла Олеся с чашками кофе.
— Кажется, так говорят про понедельник.
— Кто-то про все дни недели. А пятница — это предвкушение выходных.
— Ты же знаешь, что тут его лучше не пить. Пойдемте на кухню.
— Кира, там дополнительный ингредиент добавить нельзя, а тут есть слепая зона, — подмигнув отошла в сторону ксерокса.
— Какой еще ингредиент? Олеся, — опешила тому, как она тихо вынула из сумочки мини-бутылочку какого-то напитка с повышенным градусом.
— Я после Нового года перехожу в другой филиал. Отправляют на юг.
— Чего? — у меня не было слов. — Почему мне не сказали?
— Потому что мне самой поведали об этом только что. Поэтому берем кружечку и пьем вкусненький кофеек.
— Я с этим попробую разобраться, Олесь…
— Не стоит. Меня вернут, наверное, через полгода. Так что я согласилась.
— Это правда? — влетает Марина, явно прознавшая о переводе своей подруги.
— Садись, — командует вторая и сует в руку кружку.
— Хорошо до конца работы пара часов.
— Я не удержалась.
Мой телефон начинает звонить, и я тянусь к трубке.
— Потом, — отнимает виновница торжества.
— Брось, номер незнакомый. Вдруг это клиенты?
— Пусть на корпоративный номер звонят нашего отдела.
— Олесь, — угрожающе смотрю на нее и мой гаджет возвращается в мою руку.
— Алло, я вас слушаю?
— Мам? Это я.
— Лиля? Что за номер? — не услышав ответ, я различаю в хаотичном шуме ее всхлип. — Что случилось?
Внутри все сжимается от страха и мыслей, которые сразу возникают на фоне одуревшего Андрея.
— Мы в полиции, мам. Нам только что дали позвонить, — сердце в клочья. Я даже не чувствую пальцев от шока и еще большего переживания.
— В какой? В смысле адрес скажи, — все на что хватает дыхания.
Записываю улицу и номер, моля чтобы все было несерьезно. Даже не задумываясь, почему она говорила «мы»?