Темно-синий костюм с тонкой белой полоской, не бледная кожа и очень развитая мускулатура. Это выдавал все тот же костюм, в котором, казалось, ему не очень-то удобно, учитывая, как тот обтягивал его тело.
Я впала в некую прострацию, пока мы смотрели друг на друга. Я не знаю, о чем думал он, но судя по тому каким отрешенным от всего мира казался, он явно о чем-то размышлял. Вопрос: «О чем?».
Смогла пошевелиться, только когда Кристина тронула за руку, сообщив, что машина приехала.
Вновь посмотрела на него из-за плеча и зачем-то улыбнулась, на что он просто кивнул.
Остаток вечера, проводя его в той же приятной компании шумных подруг, я пару раз уходила в раздумья о том, что его лицо мне знакомо. Но я была уверена в том, что никогда его не встречала и не знакомилась. Быть может, случайно где-то встретила, и он отпечатался в моей памяти?
Да, скорее всего, так и есть. Бывает ведь такое? Увидела и отложилось картинкой автоматом, но ты не вспоминаешь о ней, пока вновь не встретишь.
На подходе был мой день рождения, а значит, что зима стоит у порога.
Стало прохладней обычного, и я вновь облачилась в свое любимое пальто.
Планировать что-то большое я не хотела. Однако девочки настояли на вылазке в ресторан и большом торте.
Ира и Лиза собиралась приехать на все выходные, и я попросила их остаться у меня на эти дни, а не в гостинице, слишком соскучилась по ним. Жаль, тут не будет сына, который и сам, кажется, опечалился данным фактом в нашем с ним телефонном звонке.
Выпавшее на пятницу рождение первого декабря началось еще с двенадцати ночи. Посыпались смс с поздравлениями от девочек и коллег, с кем я была в более дружеских отношениях. Утром меня будили курьеры с цветами от Тимура и даже Михеля. В открытке от него была вклеена наша с ним фотография и красивые пожелания.
А я вдруг вспомнила, что это мой первый день рождения без мужа… Затем будет первый новый год, я уже молчу о том, что нашей годовщины больше не было в праздничных днях календаря моего телефона этим летом.
Собралась на работу откинув грусть и, выйдя за порог, онемела, а потом стала громко и счастливо кричать, и плакать, и обнимать моего сыночка.
— Господи, это правда ты?
— Привет, мам. Я не мог пропустить твой день рождения.
Снова обняла его и, открыв заплаканные глаза, увидела поднимающегося с сумкой Миши Тимура.
— Спасибо, — шепнула ему благодарно.
— Я поеду на работу, — поставил в прихожей вещи сына.
— До вечера. Еще раз благодарю, что привез его. Это самый лучший подарок.
— Мне было это в радость. Главное, что ты улыбаешься.