— Буона сера, Кира.
— Буона сера, Михель.
Он склоняется и аккуратно прикасается щетинистой щекой к моей, оставляя легкий поцелуй.
— Ты прекрасно выглядишь.
— Спасибо, и ты тоже.
— Ты запретила дарить тебе цветы, поэтому я привез кое-что другое.
— Как интересно.
— Думаю, пока мы у твоего дома, лучше подарить сейчас.
Он подходит к машине, которую, насколько я поняла, взял напрокат и вынимает оттуда что-то прямоугольное и тонкое. Перетянутое упаковочной бумагой.
— Что это?
— Посмотришь потом.
— Это нечестно.
— Насладись предвкушением. Тебе понравится.
— Ладно, подождешь меня?
— С удовольствием.
Быстро возвращаюсь, размышляя над тем, чтобы быстренько снять бумагу и глянуть одним глазом, но сдерживаюсь и смирно оставляю подарок в прихожей на комоде, куда он еле помещается.
— Признавайся, подсмотрела? — спрашивает, как только мы отъезжаем от дома.
— Уже почти соблазнилась, но удержалась.
— Похвально. Итак, куда держим путь?
— Я долго думала. Практически исследование провела.
— Даже так, мне уже интересно.
— В общем, поедем в «Дом русской кухни».
— Потому что я из Италии?
— Отчасти. Но я сама люблю, как там готовят.
— Прошу заметить я лишь наполовину итальянец и моя мама научилась великолепно готовить блюда русской кухни.
— И, о чем это говорит?
— О том, что я всеяден, — улыбается, смотря на меня.
— Я тебя поняла. Нужно было выбирать мексиканский ресторан.
— И до него дойдем, — подмигивает и возвращает внимание к дороге.
Останавливаемся у красивой деревянной «избы», которая влечет своим великолепием. Михель помогает вылезти из машины и мне приходится ответить на звонок.
— Да.
— Кира, привет. Я бы хотел приехать к детям, это возможно? Ты не против?
— Дети сегодня у мамы, — отвечаю, смотря, как мужчина надевает на себя аксессуары со стола, которые тут лежат для фотосессии. Сбоку ресторана стоит повозка с сеном, коромысло с ведрами и колодец декоративный, а еще веретено.
Начинаю смеяться, когда Михель, уже одевшись полностью в какой-то жилет, сапоги и, прилепив усы, идет ко мне с кокошником и длинной косой на заколке.
— Я не стану это надевать на себя.
— Еще как станешь, — отвечает и тянет руки, потому что я не успеваю убежать.
— Ты… ты где? — спрашивает Тимур, чуть заикаясь.
— Прости, я занята. Завтра увидишься с детьми, у нас матч в пять вечера. Пока.
— Подожди, Кира… — но я не жду и сбрасываю вызов, чтобы не отвечать на его вопросы о моем местоположении.
— Что ты натворил, я теперь вся выпачкана и волосы ужасные, — смотрю на себя в овальное старинное зеркало.
— Глаз не оторвать, — встает позади меня, и мы оба смотрим на наше отражение.