— Ма, я же понимаю. Ты у нас такая красивая и молодая. Все равно рано или поздно встретишь кого-то. И если тебе он будет нравиться, то я не против.
Ее слова, разумеется, придали уверенности в том, что такой вариант событий не скажется на детях так, что мне придется выбирать. Тем более, мнение сына на этот счет я не слышала и не думаю, что прям скоро услышу, потому что на примете у меня нет никого, чтобы я заинтересовалась по-настоящему. Правда на работе есть один, кто пару раз приглашал увидеться вечером после работы. Но сейчас я была благодарна дочери за ее понимание.
— Спасибо, солнышко. Пока что рано говорить о чем-то.
— Просто чтобы ты знала. Спасибо за ужин, — целует меня в щеку и уходит.
«Я через час буду в номере, можем созвониться, если ты не будешь занята. Я не мастер смс».
В голове крутился вопрос, который я хотела бы задать следующим, но оставила его на потом.
«Хорошо, звони».
Закончила со всеми делами по дому и на кухне. Проверила детей, которые занимались каждый своим в комнатах, и отправилась в свою. На телефон пришло уведомление от оператора сети, которое обычно я удаляла, но в этот раз зацепилась за оповещение о том, что у меня одно сообщение на голосовой почте, которой я не пользовалась никогда.
Ввожу код, для его прослушивания и сразу узнаю голос бывшего мужа.
«Кира, ты сегодня сказала так много о том, о чем я даже не задумывался… В смысле не знаю, как поступил бы знай об этом сразу, но то, что ты думала о моих мыслях и сравнении с Соней… Неужели я давал повод? Неужели была почва для таких размышлений? Мне казалось, что у нас все хорошо… было… Вспомни, какой я увидел тебя в тот день? Вспомни только… Ты сияла, ты была… каким-то лучом в моей жизни, клянусь. Я глаз от тебя отвести не мог. Как ты растерялась, узнав, для кого мы ищем игрушку, как говорила с Лилей… Мне кажется, что это она выбрала тебя для себя. Она увидела в тебе то, что я увидел уже немного позже. Твою доброту, твою надежность и веру. Твое сердце. И я видел тебя такой всегда. «Моя хрупкая, Кира», — так я называю тебя всегда в голове. Но ты на самом деле такой сильной оказалась. Мои слова… чертовы слова… Я так никогда не считал. Сам не знаю, зачем тогда их сказал. Но то, что сказала ты о той борьбе… зачем ты это делала? Я хотел и принимал тебя такой, какой увидел впервые. Тебе не нужно было лезть из кожи вон, понимаешь, милая? Ты чудесная сама по себе. Тебе не нужно быть другой. Тебя любят за то, что ты настоящая без примеси фальши. Это не тебе нужно меняться, а мне. Прости за то, что так поздно понял это, родная. Прости, что упустил твою любовь и веру…».