Сын обернулся и, как прежде, это было сжав кулак улыбнулся, а потом враз померк этот свет победы. Он сделал это на автомате, а не потому, что хотел. Потому что на этот миг все встало на те же места, что и раньше. Вот только как раньше уже не было и он ушел с поля спортивного зала в раздевалку к остальным ребятам.
Тренер подошел и выразил свое восхищение. Рассказал, какое будущее ждет моего сына, если продолжить по тому же пути идти.
В городе есть хорошая юниорская школа по футболу, и мы туда уже приходили. Нам сказали подождать до двенадцати лет, так что скоро и так туда, если Миша не захочет изменить планы.
Пожал ему руку и вышел в фойе, дожидаясь сына.
Вышел, конечно, не в том настроении, которое было. Однако поздоровался и спокойно сел в машину.
— Куда поедем? Может, хочешь покушать?
— Можно, — безэмоционально пожал плечами. — Мне бутсы надо купить, старые почти износились, а мама приедет нескоро.
— Не вопрос, сын. Сейчас поедем купим все, что нужно. В последний раз мы брали в магазине на Коммунаров, как они?
— Не очень, если честно. Неудобные оказались и порвались.
— Значит, дорого, не значит хорошо. Поедем в тот, где всегда брали?
— Давай.
Свернул на перекрестке в торговый центр, мысленно радуясь тому, что он хотя бы разговаривает со мной.
— Вот последнее поступление, — показывает парень-продавец. — Говорят хорошие. С дополнительной прошивкой. Износостойкие однозначно, а насчет удобства, это тебе решать парень.
В итоге выбираем две пары из привычных нам уже, и одни новые на пробу.
— Может, еще нужно что-то?
— Нет, все есть. Лилька на днях возмущалась, что у нее что-то там закончилось.
— Понял. Значит, позвоню твоей сестре и узнаю. Пойдем обедать?
— Хорошо.
За столом, конечно, Миша молчал и сам не поднимал никаких тем. Благо телефон не вытащил и не делал вид, что меня нет.
Сделали заказ, и я начал с нейтральной темы.
— В сентябре тебе двенадцать, по поводу школы футбола ты согласен? Как раз новый учебный год.
— Не знаю, — ответил и отвернулся, сжимая пальцы в кулаки и обратно.
— Почему? — был удивлен такому ответу. — Что-то изменилось?
— Да. Мои некоторые друзья не будут поступать туда.
— И? Понимаю, что ты хотел с ними, но Миш, это твое будущее. Друзьями вы быть не перестанете, понимаешь?
— Нет, дело не в этом, я хочу поехать в школу-интернат, — его слова меня поразили и, если честно сейчас я совершенно не понимал, почему он сейчас говорит о таком раскладе.
— В каком смысле? Сын, если ты из-за того, что произошло между мной и мамой, то поверь, ничего не изменится.
— Все уже изменилось. А я не хочу ждать, когда ты забудешь про нас.