— Отличная работа, пап. Да, давай, сдавай меня направо и налево. Как тебя родители воспитывали? — показушно фыркает Костя, а потом, поняв, что сказал, виновато ойкает.

— Мы старались, — отвечает мой отец со снисходительной улыбкой. Я в который раз радуюсь, что он не из обидчивых — с Кости станется ляпнуть какую-то глупость, которая вполне может задеть пожилого человека, но у моих родителей железное терпение. Наверное, поэтому они так стойко пережили мои метания юности и до сих пор рядом. Теплые и доверительные отношения между моей женой и сыном и моими родителями всегда грели мне душу.

Мы втроем смеемся, и я понимаю, как мне невероятно повезло, что вокруг так много людей, которые меня любят. Все, кто имеет для меня значение, собрались здесь, чтобы отпраздновать одну из многих вещей, которые я всегда хотел подарить Яне, но не мог до сих пор. Моя семья, друзья, ставшие семьей, и семья Яны.

К нам снова присоединяется отец Яны, и с каждой секундой он будто бы нервничает все больше и больше, настолько, что я начинаю чувствовать какой-то подвох.

— Вадим, можем поговорить наедине? — о, а вот и он, получается.

— Конечно.

Мы заходим в пустой банкетный зал, который зарезервирован только для нашей маленькой семьи. Это идеальная обстановка для сюрприза Яне. Окна от пола до потолка выходят к пляжу, открывая прекрасный вид на набегающие волны, заходящее за горизонте солнце, представляя идеальный фон для семейной фотосессии, которую Яна хотела провести по своему списку желаний.

— Присаживайся, Вадим.

Я сажусь, но мой тесть расхаживает взад-вперед передо мной. Он смотрит куда-то под ноги, и то и дело проводит пальцами по усам, вокруг рта, потом по подбородку.

— Прости, но у меня такое ощущение, что ты сейчас просто взорвешься.

Он поворачивается на пятках и смотрит на меня очень серьезно, а потом не выдерживает и срывается на нервный смех.

— Ты прав, мне нужно успокоиться. Если честно, я просто не хочу все испортить. Мы только что вернули тебя, Яну и Костю в нашу жизнь, и я не хочу обидеть тебя и снова потерять.

— Ты не обидишь меня. Что бы это ни было, мы обсудим все как взрослые люди. Мы теперь одна большая любящая семья. Мы должны держаться вместе.

— Я рад это слышать. Мы с женой так много пропустили в вашей жизни. Именно это и натолкнуло меня на одну идею. Мы долго разговаривали, прежде чем принять решение, и она полностью согласна с моим предложением. После того как Яна рассказала о своем диагнозе и прогнозах, мы провели собственное исследование. Затем я поговорил с несколькими своими друзьями-врачами и получил от них столько информации, сколько они могли мне дать, не видя ее медицинской карты. Вся эта ситуация выбила меня из колеи и заставила пересмотреть почти все аспекты жизни. Я уведомил совет директоров о своем уходе на пенсию в конце года. Я ухожу с должности генерального директора и президента и буду только активным членом совета директоров, так что у меня будет много свободного времени. Если говорить откровенно, мы не знаем, сколько времени есть у Яны. Я знаю, что с каждым из нас может что-то случиться в любой момент, но это происходит с моей дочерью прямо сейчас, поэтому для меня все гораздо реальнее и страшнее. Я стараюсь сохранять оптимизм, но одна мысль не оставляет меня в покое, Вадим. Вот тут-то и возникает опасение, что я могу тебя обидеть.