Я вернулся в номер и принялся заново просматривать всю информацию по «Чистому миру», которая у меня была на сегодняшний день, включая выступления Великой княгини на различного рода благотворительных мероприятиях. Сильно подозреваю, что в башне Кая заблокируют. За этим занятием меня и застали сумерки, а затем и очередной звонок от графа Зурабова. Он сухо сообщил, что мне пора выдвигаться, и флаер ждет меня на парковке.

Флаер мягко набрал высоту. Пилот сделал небольшой круг от гостиницы, как будто демонстрируя мне ночную жизнь города. Под нами разлегся Муром.

Столица похожа и не похожа на другие полисы Империи. Она камерная, выстроенная, по сути, только для обслуживания Трона и правительства. Мало людей. Очень много вложенных денег.

В этом полисе всего два уровня. Выверенная, геометрическая структура кварталов. Широкие проспекты и виадуки тянулись от края до края, пересекались под прямыми углами. Сверху я видел только множество огней, но подо мной находились здания самых разных эпох. Каменные особняки с колоннами, церкви и дворцы, воссозданные или перенесенные на второй уровень, соседствовали со стеклянными современными башнями, на крышах которых мерцали магические защитные контуры и тускло светились сигнальные огни.

Несмотря на войну, светомаскировкой в городе пренебрегали, словно напоказ. По магистралям шли потоки транспорта. Воздух был наполнен флаерами, служебными аэромобилями и ховерами. Целые участки города, тем не менее, были словно вырваны из общей картины: там работала магия маскировки. Правительственные здания прятались под слоем серой дымки, теряли чёткие очертания, растворяясь в ночи.

Интересно, сколько Дряни выделяют чары маскировки такого масштаба? Так. Кажется, это называется профдеформация.

Над нами нависали воздушные корабли. Один из них медленно дрейфовал вдоль осевого проспекта — массивный, угловатый силуэт с тусклыми отсветами навигационных маяков и приглушенными проблесками активных печатей. Другие держались выше, почти теряясь на фоне наступающей ночи.

А прямо перед нами поднимался к небу дворцовый комплекс.

Несколько десятков башен, связанных переходами, мостами и террасами, словно выросли из одного основания. Контуры защитных заклинаний было почти не видно в исходящем от комплекса сиянии. В радиусе пяти километров от дворца ночи не было места. Свет шел, казалось, прямо от земли.

Флаер плавно менял курс, заходя к одной из крайних башен. Она уступала высотой и масштабом даже башне Орловых. Но это была башня Императорского дворца.

Глядя на все это великолепие, я поймал себя на мысли: