— И как же вы тогда раньше справлялись?

— Так Вольные охотники помогали! Они дальше в Предгорьях живут и обычно первыми набеги встречают, а здесь что-то у них случилось, но это тебе лучше у старосты спросить. А сейчас главное — гоблина бы прирезать, понимаешь? — пусть не прямым текстом, но всем видом своим воевода показал, что мне бы не лясы точить, а свалить побыстрее на дело.

— Понимаю, — что тут непонятного, в конце концов? Сказали, что без броньки идти — самоубийство, ну и вперёд — топай, ага. Впрочем, ёрничать смысла не было, ведь в любом случае тему «чтобы жить в комфорте, изволь приносить пользу и не щёлкать клювом» никто не отменял. — Ну что же, тогда я пошёл.

— Как вернёшься, ко мне загляни — мы с ребятами вон в той стороне тренируемся, — указал на другой край площади Горт.

— Понял. До встречи.

Так и распрощавшись с воеводой, я спокойно направился на выход из Посёлка, провожаемый множеством взглядов от уже собравшихся зевак. Эрфар так и не появился, зато удалось узнать лавку Бабура, благо ещё вчера её мельком видел, да и приметное здание — аккурат слева по улице от ворот, и очертания узнаваемы, когда под большим навесом разложены различные товары, и прямо тут же неприметный мужичок полирует какое-то каменное изделие за специальным станком. Другое дело, что подходить к нему я не стал — слишком много было направлено на меня глаз, и не надо быть телепатом, чтобы понять — все ждали, что я пойду героически резать гоблина. Ну я и пошёл, так как ломать ожидания было крайне чревато.

Гоблин действительно обнаружился там, где мне сказали — буквально в паре-тройке сотен метров от стен поселения, на вершине холма, что начинался в лесу, хотя тут в целом ландшафт шёл в гору с не особо крутым, но заметным подъёмом. В итоге из местных луков ты его с такими вводными хрен подстрелишь, а сам он действительно мог бы, случись чего, быстро-быстро свалить в лес. Правда, так как я не стал тупить и натягивать балахон баньши, памятуя, что от его вида и поселковые могли струхнуть, а также спрятал нож за спиной (откровенно «никакая» маскировка оружия, но и мой противник — далеко не Холмс и даже не доктор Ватсон), при виде меня убегать этот уродец не стал. Наоборот, быстро оглянувшись и убедившись, что вокруг более никого нет, злобно взвизгнул и побежал на меня, потрясая коротким копьём с грязным наконечником.

И да, гоблин был именно уродцем. Высотой чуть больше метра двадцати; почти голый — в одной набедренной повязке и с чем-то вроде сумки, перекинутой через пузо от плеча до пояса; коричневатый от грязи, но с вполне человеческим цветом кожи; с заострёнными сверху довольно крупными ушами, лысой головой, к которой при этом шла в комплект густая борода, и приплюснутым «нетопыриным» носом; он ещё и копыта имел, как сатир какой-нибудь. Руки при этом у гоблина были вполне человеческие, только четырёхпалые. С учётом всего перечисленного, выглядел он крайне стрёмно, если не сказать мерзко. Вот только эта мерзость не помешала ему очень шустро размахивать своим копьецом. А длина оружия с лихвой компенсировала короткие руки. В общем, как бы мне ни хотелось сказать, что противник оказался ерундовым, это было совсем не так.