— Как просто звучит.
Я пожал плечами, коснулся кисета, показал Тортусу два амулета и фиал:
— Один ей, второй в оплату твоего труда. Алхимия на случай, если старики спешили с её Возвышением.
Тортус приподнялся на ложе. Его расслабленность и насмешку словно сдуло ветром, взгляд упёрся в амулеты. Я подтвердил:
— Да. Не знаю, как они называются, но это те самые, что не дают действовать Указам. Разве не хочешь получить гарантию тому, что твоё служение Ордену не вернётся в рамки запретов? Вдруг однажды ты проснёшься, а на тебе Указ? Но… в тайнике есть этот амулет.
— Хватит болтать. Уговорил.
Замолчав, я вложил в протянутую ладонь две треугольных пластины, покрытых начертаниями. Один амулет Ликий носил на шее, второй нашёлся у него в кисете. Фиал встал в центр столика между свитков. Видит Небо, теперь за мной больше нет ни одного долга. Остальное в руках Неба.
— Старший, сколько мы ещё будем идти?
Услышав это обращение, я замер. Какого дарса? Повторил то же самое вслух:
— Мне уши забило песком? Какого дарса ты меня так назвал? Кто тебе эту неделю полоскал мозги?
Рат замялся:
— Э-э-э.
А я, раздражаясь, надавил:
— Ты забыл моё имя? Имя жалкого нахлебника, который тащит последнего квыргала из похлёбки?
Рат скривился, неуверенно протянул:
— Леград… Ну чего… — и снова замолчал.
Зато я понял, на чём он споткнулся. И с ухмылкой воскликнул:
— О! Оказывается, помнишь. Так почему ведёшь себя так, словно все эти дни тебя использовали как слугу и наказывали за каждое неверное слово? Мне что? Вернуться и спросить с них за такую наглость?
На этот раз Рат побледнел:
— Нет! Нет! Никто не считал меня слугой. Стойте, ст… — и снова осёкся.
Я сплюнул на камень дороги:
— Кто вбил тебе в голову это обращение? Ну!
— Старшая Лиора.
— Дарсово отродье.
Выругавшись, я перевёл дух. На самом деле, мне и впрямь очень хотелось вернуться и спросить, как так вышло? Названый брат обращается ко мне на «вы», словно к чужому и именует старшим! А ещё хотелось найти Равоя, взять его за горло и спросить, кто придумал эту шутку. Но я сдержался. Будь у меня немного времени в запасе, то так бы и сделал, но я оставался в Гряде до последнего. В том числе из-за самого Равоя! Время истекло ещё в полдень, когда мы миновали мост через Жемчужную. Если я и впрямь поверну обратно, войду в Гряду, то дам повод обвинить себя. А вина на мне и впрямь есть. Нужно было хоть немного времени уделить Рату, а не перекладывать заботу о нём на Лиору.
Но теперь понятно, почему Рат с такой опаской косился на Лиору весь путь к Гряде от границ Нулевого. Эта женщина оказывается любит, когда перед ней пресмыкаются младшие. Хорошо, что я выбрал Тортуса. Представляю, чего Лиора могла бы наговорить Виликор. И что та могла сказать в ответ.