— Чего слышал, — спокойно ответил Максим и снова обратился к Зубарю: — Пусть твои ребята отходят от ребят Пана. Пока убивать никого не буду, но если кто‑то дёрнется, то умрёт. Старый всё видит. Сто лет, а стреляет без промахов.

Началась суматоха. Бойцы Зубаря попятились к нам. Бойцы, присланные Паном, забеспокоились, но с места не сдвинулись. Неужели старый контрразведчик Егоров где‑то рядом? Или он давно здесь? Не поверю, что всё спланировано!

— Командуй, Андрюша, — попросил Максим.

— Закрой глаза, — сказал мне Боков и тут же добавил: — Пушок, твой выход!

Саблезуб возник бесшумно. Увидел его в прыжке. Огромная кошка, успевшая сменить окрас и слиться с местностью, свалила двух бойцов и продолжила убивать. Касание лапой — боец падает с разорванным горлом. Укус — ещё один боец умирает, потому что клыки саблезуба отлично прокусывают черепную кость. Секунды тянутся долго. Их было пять… Может быть, семь… Всего семь секунд, чтобы убить двадцать с небольшим человек. Семь секунд, за которые грозный хищник успел сделать многое. Способен на такое человек с автоматом в руках? Нет, не способен. Бойцы Пана разбегались, но не успевали. Для саблезуба они как черепахи. Высока реакция кошачьих. Слишком высока.

Мы стояли и смотрели на умирающих людей. Я, Андрюха Боков, Максим Ефименко, Зубарь и его пятеро бойцов. Смотрели молча. Кто‑то с безразличием, а кто‑то с ужасом на лице. Меня страх окутал с головы до ног. Страх, вызванный стонами, кровью и запахом смерти. Пушок, закончив дело, спокойно лёг на траву и начал умываться. Кровь, в которой измазался, ему не по душе. Жуткая пасть, украшенная двумя мощными клыками, стала бордового цвета. Густые капли падают с неё. Совсем скоро эти капли впитаются в землю.

— Вот видишь, Зубарь, — первым нарушил тишину Максим. — Видишь, что бывает, когда не продумываешь ходы наперёд? Мы предугадали действия Пана и немного подстраховались. Ты и твои ребята — наёмники. Решили не трогать вас. Зачем убивать тех, кто невиновен? Вы ведь всего‑навсего цепные псы. Люди, которые продают свои навыки за деньги. Вы в данном случае никто.

Зубарь из транса не вышел. Продолжал стоять и смотреть на умирающих бойцов Пана. Смотреть и не понимать, что произошло.

Я на ватных ногах подошёл к шевроле, в который мы сложили оружие, и отыскал свой пистолет. С полным безразличием выстрелил в голову бойца, пытающегося собрать собственные кишки. Глубокая рана на брюхе значит только одно — смерть. Долгую и мучительную смерть. Когти саблезуба порвали много органов. Длинные и острые когти.