— Приветствую! — воскликнул Максим и взял Андрюху в объятия. — Алёнку я к Модесту завёз, если что.

— Привет‑привет! — ответил Андрюха, похлопал друга по спине и, разомкнув объятия, показал на меня и представил: — Это Никита Ермаков. Новичок в нашем мире. Несколько дней назад прибыл, но уже успел побывать в нехилых передрягах.

Максим сделал шаг ко мне, улыбнулся и, протянув руку, сказал:

— Максим Ефименко!

Я улыбнулся в ответ, пожал жилистую ладонь и сказал:

— Никита Ермаков.

— Познакомились, пора бы и честь знать. — Андрюха показал на ворота. — Твою загоняем и едем на моей?

— На моей поедем, — ответил Максим. — Есть желающие оценить гелик — смело за руль, но для начала чай. Устал с дороги.

Кейли вопреки моим наказам постельный режим соблюдать не стала. Среди множества вещей, имеющихся у Андрюхи, для неё нашлась одежда, идеально севшая по фигуре. Пара спортивных костюмчиков, несколько джинсов, футболок и толстовок. Для кого была куплена одежда, Боков не сказал, а нас это не интересует.

— Моему дому давно требуется женская рука, — радостно сказал Андрюха, увидев, что Кейли моет посуду. — Только без фанатизма, ладно? Дом весь твой. Делай что хочешь.

Кейли прекратила мыть посуду и удивлённо уставилась на меня.

— Всё нормально, — на английском успокоил я. — Говорит, будь как дома. Всё в твоём распоряжении. Мы чаю нальём и на улице посидим.

— Я всё сделаю, — заулыбалась Кейли и начала готовить нам чаепитие.

— По‑русски она пока не понимает, — сказал я Андрюхе и Максиму. — В скором времени исправлю это. Думаю, что пара‑тройка месяцев — и будет знать русский язык достаточно хорошо.

— Кейли, ты хорошая девочка, — на идеальном английском сказал Андрюха и заулыбался.

— Спасибо, — в ответ улыбнулась Кейли и продолжила нарезать колбасу.

— Уси‑пуси развели, — недовольно сказал Максим. — Боков, ты когда таким добрым стать успел? Берём кружки и идём на улицу. Англичане, мать их…

Мы взяли кружки с чаем и две тарелки, наполненные печеньем, хлебом и колбасой с сыром. Особенно меня удивляют сыр и колбаса. Земные, из магазина, с местными не сравнятся. Всё стопроцентно натуральное. Правда, есть один минус: натуральное, значит, быстропортящееся.

Стоило сесть в беседке и расслабиться, как абсолютно бесшумно появился старый контрразведчик Егоров и, недовольно встав на входе в беседку, вынул изо рта трубку и проскрипел:

— Зазнались детки, однако. Дедушку совсем не навещают. Ну‑ка, Андрюша, порадуй душу старика хорошим чаем. И побыстрее!

Боков, не сказав ни слова, вышел из беседки и отправился за четвёртой кружкой.