— Перестарался Пушок…
Я зашёл внутрь и увидел лежащего рядом с машиной человека. Машина у Модеста отечественная. Сурового вида «УАЗ Хантер» с открытой водительской дверью. Человек, лежащий в метре от двери, необычным не выглядит. Мужик чуть старше тридцати, с сильно бледным лицом, одетый в чёрный тряпочный костюм. Рядом с ним лежат несколько отвёрток, включённый диодный фонарик и небольшая коробочка.
Вдвоём мы выволокли труп на свет и занялись осмотром. Никаких видимых повреждений на теле не обнаружилось, а вот воняет жутко. В момент смерти мужик обделался. Как по‑маленькому, так и по‑большому.
Вернулся Модест и сообщил:
— Стрела жива, но парализована. Дротик у неё из шеи торчит. Шныры недоделанные!
— Пан не дремлет, — сказал Андрюха, глядя на лежащего на земле мертвеца. — Скорее всего, прослушку с функцией записи устанавливал этот тип. Сегодня установили бы, а через несколько дней сняли. Молодец, Модест. Хороший у тебя слух.
— Не слух хороший, а конец, — довольно ухмыльнулся Модест. — Отлить мне среди ночи приспичило. Вышел на терраску и услышал неладное. Этот, — он указал на мертвеца, — тишину не особо соблюдал. Гремел в гараже как слон в посудной лавке.
— Сам всё уберёшь, — сказал Андрюха безразлично. — А мы домой. Положенное время досыпать. Не забудь обыскать труп и тщательно всё проверить.
— Отчего он умер? — спросил я уже за воротами. Посёлок по‑прежнему мертвецки тих.
— Отчего умер? — удивился Андрюха и начал рассказывать: — Представь картину: копается дяденька в машине, абсолютно уверенный в том, что о нём никто не знает. Винтики крутит и думает, куда бы коробочку приделать, чтобы незаметна была и звук хорошо записывала. В это время к нему абсолютно бесшумно подкрадывается Пушок и начинает дышать в затылок. Дяденька медленно поворачивает голову и видит перед собой улыбку саблезуба. Прямая кишка освобождается, мочевой пузырь тоже. Сердце разрывается от страха, и наступает смерть. Финита ля комедия!
Вернувшись домой, мы выпили чаю и отправились спать. На этот раз уснуть так же быстро не получилось. Сны не снились, и слава богу.
Утро началось со свежего чая, яичницы и дождя. Лить начало с рассветом, и пока не прекращает. Как бы не накрылся наш праздник.
Позавтракав, Андрюха направился в спортзал, под который выделена одна из комнат дома. Тренироваться с утра — то ещё удовольствие, но я решил не отлынивать. Потерять форму легко, а вот восстанавливать долго и трудно.
Спортинвентаря немного: скамья для жима лёжа и штанга общим весом двести килограммов. Становую тягу или присед с таким весом мне точно не сделать. Не рекордсмен в этом деле. Про жим лёжа и говорить нечего. Мой рабочий вес сто тридцать килограммов в жиме лёжа, сто семьдесят становая и сто пятьдесят присед. При желании могу поднять больше, но зачем мне это? Наращивать горы мышц не собираюсь. Для кого‑то и такие показатели огромны.