Загнав флаер в ангар своего нового дома, я на правах телохранителя подключился к системе охраны особняка и перепрограммировал всю систему контроля, так как уведомлять кого бы то ни было о присутствии в нашем особняке капитана Кайма в мои планы не входило. Удостоверившись в том, что подключение к камерам извне возможно только в случае экстремальных ситуаций вроде пожара, террористического акта или несчастного случая, я разрешил Вердену покинуть борт «Гепарда» и показал ему его комнату…
…Написанная за время перелета на Ловейг программа, назвать которую, наверное, следовало «Паранойей», начала действовать практически сразу же: по ее мнению, почту, приходящую в адрес конгрессмена Беолли, следовало пропускать через сервер особняка, и пересылать адресату только после контроля антивирусным блоком и сортировки. Согласившись с этим, я подключился к комму Элли и внес необходимые коррективы. Потом выделил мощности сервера особняка для анализа траекторий пролетающих над особняком флаеров и создал канал подключения к спутникам контроля. Установил пороговые значения для поступающей в дом энергии и жестко определил концентрации веществ в воздухе. Создал независимый контролер состояния системы безопасности дома на своем комме и занялся поиском в Сети информации о радиационном фоне и тектонической активности пород под жилым сектором. Подключился к серверу парка служебных флаеров Конгресса и засадил туда резидентную программку, позволяющую в режиме реального времени отслеживать местонахождение всех машин, направляющихся в сторону нашего особняка…
… На то, чтобы выполнить все рекомендации «Паранойи», ушло почти восемь часов — к этому времени и Элли, и Верден уже спали. Приняв душ и наскоро перекусив, я отправился было спать, но не успел даже выйти из ванной: комм подал сигнал опасности! Элли задыхалась! Подключившись к ее комму, я схватился за голову: возможность к саморегуляции оказалась отключена! Зато полностью открыт доступ к внешнему управлению! На то, чтобы проанализировать процессы, происходящие в ее организме, скинуть мне рекомендации и получить команду к синтезу необходимых веществ, ушло около двадцати секунд максимальной загрузки процессора Элли. Безумно много времени, учитывая диагноз — укус Bungarus candidus, или малайского крайта. И психическое помешательство.
Информацию о синтезе сыворотки удалось найти довольно быстро — благо, доступ на сервера Ловейгского института вакцин и сывороток не требовал никаких паролей, и я, скачав нужный файл, установил его на комм Элли. Следующие минут двадцать ее организм боролся с нейротоксичным ядом, а я зверел от желания задушить тварь, которая это все придумала, и искал эту самую змею…