Сделав четыре круга, я загнал недомутов обратно в барак, и они начали неумело снаряжаться. Когда я уже допивал первый на сегодня кофе — полного облачения и вооружения — некоторые все еще пытались зашнуровать ботинки. И нет, не потому что они калечные недомуты. Просто они медлительные упырки по жизни. Только жрать быстро умеют, а все остальное у них вяло… Щедро выданный аванс затрещин пробудил в каждом тягу к скорости, и вскоре мы уже приседали вразнобой. Немного — по пятьдесят раз каждый. И только затем мы вооружились и выдвинулись, на ходу распределяя роли. Мы — старички — делали вдвое больше остальных. Остальные должны увидеть, понять, проникнуться и осознать — очень, сука, многое зависит от собственного тела! Рефлексы, скорость, выносливость, приметливость. Нельзя ползать куском гнилого теста по Мутатерру и ожидать благополучного исхода.

Дальше все пошло по обычному плану — пока кто-то берет подходящие задания, другие торопливо жрут утреннюю похлебку, а затем меняются ролями. И наконец выход в Мутатерр по одному из старых маршрутов отряда Брунора. Этот путь начинался от Токсоямы и шел к Кишке, а оттуда к Каменной Рвоте…

Тварей по пути почти не встретилось, и вот мы уже на третьем этаже Дохлого Херро, а Рэк машет лапой, призывая всех подняться еще чуток выше. Так мы и сделали, оказавшись на верхнем этаже, что кардинально отличался от нижних. Тут уже не было коридоров с редкими дверями. По сути, весь верхний этаж был поделен на две части, и каждая из них являлась тщательно спланированными просторнейшими апартаментами.

Никаких дверей тут уже не осталось. На центральную площадку выходило две лестницы и все те же две зияющие пустотой лифтовые шахты. Там же имелись остатки еще одного укрепления — куда более солидного, рассчитанного на десяток стрелков. И снова все стены исклеваны пулями.

— Лид!

Наведясь на зов уже успевшей углубиться во внутренние помещения наемницы, я зашагал по почти чистому коридору, мельком заглядывая в частые самопальные комнатушки — некогда огромные залы расчленили перегородками, создавая личное пространство. Стены тонкие, чаще всего из пластика, с практически нулевой звукоизоляцией. Да и посрать на шум, главное — спокойно полежать и жопу почесать, зная, что тебя не сверлит при этом чей-нибудь любопытный взгляд, надеющийся, что просто чесанием ты не ограничишься.

— Ну как? — широко улыбающаяся Ссака за ворот броника оттащила однорукую девку от своей находки и ударила ногой по загудевшей двери. — Нравится?

— Их заказали, — кивнул я, останавливаясь у металлической двери. — Заказали весь лагерь.