Но всё это не имело значения. Пожелай Ярослав, и в кабинете он остался бы единственным выжившим. Это было столь же ясно, как и то, что солнце встаёт на востоке. И это осознание — пугало императора до чёртиков.

— Я был прав, когда настоял, что должен провести этот разговор лично, — нарушил тишину государь. — Будь на моём месте кто-то из твоих подчинённых, и ты бы лишился этого человека. Как того идиота, который попал в Аэлендор. Ты, кстати, разобрался, каким образом на столь ответственный пост оказался назначен недоумок?

Борис Емельянович с готовностью кивнул.

— Дело уже закрутилось, ваше императорское величество, — сообщил он. — Я провожу аресты целой сети взяточников на местах. Так что к концу недели служба государственной безопасности станет лучше, сильнее и чище. А жертва Охотского — ну, он умер не напрасно, лес рубят, щепки летят, государь.

Монарх сделал глубокий вдох, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, и только после этого глотнул из бокала.

— Морвель, Мара — как ни называй, но богиня Смерти благоволит роду Князевых, — заговорил его императорское величество. — Но если Дарье она вручила только знания того, как открывать порталы, то Ярославу досталась сила Жнеца. Он так себя сам называет. И поверь, Боря, то, что мы считали его опасным до этого — ни в коем случае не соответствует действительности. Граф Князев способен убивать людей на расстоянии. Просто пожелав им смерти. Это живое оружие, пределов силы которого мы не знаем и вряд ли сможем узнать.

Глава государственной безопасности вскинул брови, но пока промолчал. Борис Емельянович прекрасно видел, что государь прошёл по краю, и не стоит перебивать находящегося в стрессе монарха. Чревато.

— Я помню, что младший Горлов говорил, будто Князев — чудовище, — продолжил император. — Тогда Ярослав ещё ни разу не посещал Аэлендор, только с энделионом работал. И я склонен считать, что Жнецом он стал уже достаточно давно. И в этом же статусе отправился сопровождать нашу делегацию. То, как описывал свои ощущения младший Горлов — это просто капля по сравнению с тем, что ощутил на собственной шкуре я.

— Выходит, боги эльфов пробрались на Землю гораздо раньше, — кивнул Борис Емельянович.

— Это не эльфийское божество, — покачал головой император. — Во всяком случае, если верить собственным словам этой сущности. А она в диалоге с Князевой утверждала, что в Аэлендоре ей не рады, и что Морвель, которой поклоняется Ликсис Талия, уже съедена. Нашей Марой.

На некоторое время установилась тишина. Государь потягивал напиток, Борис Емельянович грел собственный бокал в руках. Наконец, он решился прервать затянувшееся молчание: