И на весь коровник — всего несколько работниц, занимающихся в основном поддержанием чистоты.

Увидев меня, они заулыбались, зашушукались.

Ну да, в коровник я до этого заходил лишь раз, в день приезда, осмотреться, и то дальше ворот не проходил — я тогда был в городских туфлях, и черпать ими навоз не хотелось. Но тогда была посадка картофеля, все ушли в поле, и оставшиеся дежурные не справлялись. Сейчас же дело другое. Все на своих местах, на территории порядок. Да и я городскую обувь носить давно перестал. И даже на Анне, несмотря на лёгкое платье, были далеко не балетки, а вполне подходящие для прогулок по деревне кроссовки с мощным протектором. Ага, не выбиралась она из города никогда, как же.

— Доброе утро, Ваше Сиятельство! — раздались голоса.

Все смотрели на нас, и я решил объяснить:

— Доброе утро, барышни! Это наша гостья. Из столицы. Она приехала на несколько дней. Вот, провожу экскурсию! Покажете, что у вас и как? Мне и самому интересно!

— А-а, вон чего… ясно! Добро пожаловать, — вздохнула старшая из женщин и добавила негромко: — Не испачкалась бы ваша гостья!

Испачкается — обратно пешком пойдёт. Вслух я этого, конечно, говорить не стал, но, говоря откровенно, с удовольствием бы посмотрел на такую картину. Чёрт, ведь с прибытия Анны прошло всего… двенадцать часов. А у меня уже желание утопить её где-нибудь по тихой грусти. Да только с её жизнерадостностью она ещё и обрадуется, скажет «Ура! Поехали купаться!»

Женщина, воткнув вилы в рулон соломы, пошла показывать.

— У нас тут всё по науке, без привязи, — начала она, обводя коровник рукой. — Старый граф, дед Ильи Михайловича, распорядился. Коровки сами ходят, куда хотят. Хочет — ест, хочет — спит. Они ж общительные, у них подруги даже в стаде есть! А вон там, видите, кормовой стол. Мы им комбикорм выкладываем, а они уж сами подходят, кто когда проголодается.

Анна слушала с таким выражением лица, будто собралась устроиться в коровник работать. Кивала, округляла глаза, ахала в нужных местах. Старшая, польщённая вниманием, разошлась:

— Главное чтоб вода была чистая, тёплая, да корм свежий, а остальное они сами разберут. Корова она ж умная, себе плохого не сделает. Вон, видите, Сонька пошла! — женщина кивнула на крупную пятнистую корову, которая неторопливо потянулась к дальнему концу коровника. — Как обычно, всех проспала, лентяйка. Зинаида! Твоя очередь!

Зинаида, коренастая женщина в заляпанном фартуке, кивнула и пошла следом за Сонькой.

— А куда она идёт? — тут же спросила Анна.

— А на дойку, вон, в отдельный зал, там чистая зона, — старшая показала направление. — У нас ведь расписания нет. Корова сама чувствует, когда вымя налилось, ей тяжело делается — вот она и идёт. Ну да всё как у людей! — и она привычным жестом поправила собственную немаленькую грудь под рабочим халатом.