Тем временем грохот и шум наверху резко прекратились, воцарилась тишина.
— Вот, кажется, и всё, барон, вы проиграли. Все ваши люди мертвы.
Тишина наверху давила даже сильнее, нежели если бы там жахнул фугасный снаряд. Ещё мгновение назад оттуда доносился шум битвы, но теперь всё закончилось, и это мне категорически не нравилось.
— Слышите? — лютомор склонил голову набок, прислушиваясь. Щупальца тьмы вокруг него довольно заколыхались. — Какая прекрасная тишина. Всё кончено, барон, вы проиграли… Остались совсем в одиночестве…
Он говорил это так театрально, смакуя каждое слово, что меня блевать тянуло, а магическое ядро, несмотря на перегрузку, раскручивало внутри себя ману всё быстрее и быстрее.
— Знаешь что самое забавное, барон? — продолжил монстр, слегка покачивая девочку в своей хватке. Та уже даже не хрипела, просто висела безвольной куклой, и лишь слабое движение груди говорило о том, что она ещё жива. — Ты ведь сам их сюда привел. Сам загнал в ловушку.
— Пошел ты! — рыкнула на него Юлианна, в её взгляде ярости было не меньше, чем в моем.
Триплексы подрагивали вокруг меня, готовые сорваться в любой момент, но я не мог рисковать. Не с двумя детьми в его руках. Мозг продолжал отчаянно искать решение, но не находил его.
— Предлагаю сделку, — наконец выдал лютомор. — Жизнь барона в обмен на этих детишек. Убьете его, и я их отпущу.
— Ещё чего, — огрызнулась Юлианна.
Мы замерли в этом жутком противостоянии. Три пары глаз против одной твари, укрывшейся за живыми щитами. И где-то там, наверху, царила мертвая тишина, которую мы все истолковывали одинаково.
Вот только почему демоны до сих пор не спустились?
Эта мысль царапала сознание.
Почему они ещё не тут?
Лютомор словно продолжает тянуть время, но для чего, если в любой момент орава демонов может рвануть вниз?
И тут меня осенило.
— Ксюша, наверх! — резко скомандовал я, а Юлианна уставилась на меня как на умалишенного.
Рыжеволосая снайперша тоже не ожидала такого приказа, но через мгновение рванула исполнять приказ.
Лютомор дернулся, но заложников не убил, не стал лишать себя живого щита, пусть ему и очень хотелось. Сделай он это, я убил бы его быстрее, чем он смог бы схватить кого-либо ещё. Триплексы рядом со мной были сформированы в маленькое копье, нацеленное тому в грудь. Если он даст мне хотя бы один шанс, я его прикончу. Кажется, он тоже это понимал, и его злодейские монологи внезапно закончились.
Секунды казались вечностью. Юлианна стояла рядом, сжимая рукоять меча так, что костяшки побелели. Заложники в углу даже не шевелились, словно боялись привлечь к себе внимание. Мальчишка в хватке щупальца тихо всхлипывал.