Тра-та-та-та-та! Пулемет громыхал, отвечая на эти выстрелы, кажется, Рябов вошел во вкус и даже хохотал, поливая врагов свинцовым дождем. Тут я тоже ухмыльнулся, представляя их реакцию от такого невероятного и разрушительного оружия. Скорее всего, мракоборцы и понятия не имели, что может существовать огнестрельное оружие, ведущее столь быстрый темп огня.
За менее чем минуту мы положили, наверное, человек двадцать мракоборцев, и кажется, даже одного волхва, при этом стрелял только Рябов, остальным сражаться не пришлось. Наконец грохот затих, дуло ствола раскалилось настолько что я видел исходящий жар, даже стоя чуть в отдалении. Больше на нас пока никто не пер, но это ещё ни о чем не говорило, просто мы отстреляли самых тупых и смелых, а вот люди поумнее, скорее всего, затаились и ждут момента, чтобы ответить.
Что и требовалось доказать. Стоило нам продвинуться в город чуть дальше, как по нам открыли огонь откуда-то издалека. И стреляли не по бронемашине, а по тем, кто находился снаружи. Я прикрывал народ своими силами, отклоняя пули, а Рябов тем временем уже развернул пулемет в сторону позиции врага и вновь дал длинную очередь, прошибающую второй этаж бревенчатого домика на параллельной улице.
После этого вновь воцарилась тишина. Лишь где-то в отдалении были слышны чьи-то крики и возгласы, но кажется, это были гражданские.
— Юлианна, Марцевич, вы возглавляете второй и третий отряды. Действуем как обговаривали, контроль и полная ликвидация, — скомандовал я и, дождавшись ответов, махнул своему первому отряду, в который вошла Ксюша, чтобы следовали за мной. Самое время взять этот городок под контроль.
Пулемет грохотал ещё не раз, да и по нам продолжали стрелять то тут, то там. Я уже отправил один отряд обойти мракоборцев и ударить в тыл, как случилось нечто неожиданное: в тыл зашли к нам, и зашли очень мощно. Среди мракоборцев оказался огромный богатырь, который, наверное, раза в полтора больше Лёни. Двух с половиной метровый гигант с руками как поленья, и веса в нем по ощущениям кило триста, учитывая гору металла, в которую он был облачен.
Пока прикрывающие его стрельцы и несколько пехотинцев стали стрелять по нам, сам великан на полной скорости врезался в броневик, тараня его щитом. Рябов не успел развернуть пулемет на сто восемьдесят градусов и дал короткую очередь от неожиданности куда-то в сторону, а богатырь тем временем уцепился за борт и стал переворачивать бронемашину.
Проклятье, да он же её сейчас перевернет!
Осознав это, я бросился в сторону машины, оттолкнувшись от триплексов, брошенных под ноги. Успел со своим отрядом отойти от транспорта на сотни полторы метров, так что требовалось время, чтобы вернуться.