Воздух между нами словно наэлектризовался. Ярослава замерла, и на её лице промелькнула целая гамма эмоций — удивление, возмущение, растерянность.

— Вы издеваетесь, что ли? — её голос стал ниже и опаснее, как рычание загнанной в угол рыси, а правая рука инстинктивно легла на рукоять меча.

— Нисколько, — я сделал шаг ближе, сокращая расстояние между нами. — Просто танец с красивой княжной, главой прославленных Северных Волков, кажется мне достойной наградой за столь большое достижение, как превосходство сиволапых крестьян над искусными и опытными военными.

Эффект превзошёл все ожидания. Грозная воительница, не так давно рубившая Бездушных направо и налево, вдруг смешалась и… покраснела, как самая обычная девушка. Румянец расползался по её молочно-белой коже, поднимаясь от шеи к щекам. Если бы не увидел своими глазами, ни за что бы не поверил, что княжна Засекина способна на такую реакцию.

— Да но… — она запнулась, явно пытаясь собраться с мыслями.

Кончики её ушей тоже порозовели, что выглядело невероятно трогательно.

— Вы что же, не верите в собственную победу и мастерство ваших воинов? — поддел её я, наслаждаясь моментом.

Когда ещё увидишь, как теряется «Бешеная Волчица»?

Моя провокация сработала. Ярослава выпрямилась, глаза сверкнули боевым азартом, вытеснив смущение.

— Вы несносный человек, вам это говорили⁈ — выпалила Засекина, тыча в меня пальцем.

На мгновение в ней проглянула не закалённая в боях военачальница, а обычная девушка, которую застали врасплох.

— Доводилось, — по моим губам пробежала ухмылка. — Но обычно это звучало не столь очаровательно.

Княжна открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала. Глубоко вдохнула, взяла себя в руки и снова стала собой — уверенной и опасной.

— Хорошо! — в её голосе зазвенела сталь. — А что же получу я в таком случае?

— А чего бы вам хотелось? — спросил я, искренне заинтригованный.

Ярослава задумалась, постукивая пальцем по рукояти меча. В её глазах мелькнуло что-то хищное. Потом губы изогнулись в довольной улыбке.

— Ещё пять снайперских винтовок из ваших запасов, взятых у «неправильных поляков», — наконец выдала она, и по интонации было ясно — в мою легенду она не верит ни на грош.

Я рассмеялся. Практичная девушка — вместо романтических глупостей требует оружие. Впрочем, чего ещё ожидать от профессиональной военной?

— Меня это устраивает, — кивнул я. — Значит, по рукам?

Мы пожали друг другу руки, скрепляя договор, и рукопожатие затянулось чуть дольше необходимого. Её ладонь была тёплой и сухой, с характерными мозолями от меча — рука воина, а не избалованной дворянки. Наши взгляды встретились, и в воздухе повисло странное напряжение — не враждебное, но заряженное чем-то иным.