— Нет, — твёрдо ответил я. — Завтра. И я сразу хочу уточнить: в тот шумный ночной клуб я не поеду. Мои барабанные перепонки этого не выдержат.
Маньков посмотрел на меня с неподдельным изумлением.
— Да ты чего, Таранов⁈ — воскликнул он. — У меня же там скидочная карта! Меня там все бармены знают!
— Олег Борисович, мы вчера стали владельцами крутого офиса в одном из лучших бизнес-центров города, — напомнил я. — А перед этим вам на карту перевели бонус в миллион рублей. У нас есть деньги. Мы можем не привязываться к скидочным картам. Поэтому мы вполне можем позволить себе поехать в хороший, солидный ресторан, где можно вкусно поесть и, главное, нормально поговорить в спокойной обстановке, не перекрикивая басы из колонок.
Маньков тяжело вздохнул, признавая мою правоту, и сказал:
— Душнила ты, Таранов! Никакого в тебе куража нет, одна сплошная прагматика. Но… ладно! Главное в нашем деле — обмыть статус!
— Я уверен, что в ресторане обмыть статус можно ничуть не хуже, — сказал я. — На том давайте и договоримся. И ещё один момент, раз уж я теперь ваш полноправный партнёр. Завтра я беру отгул.
— Не успели чернила на договоре высохнуть, а уже отгул? — деланно возмутился шеф.
— У меня уважительная причина. Завтра мне нужно встретить мать, отвезти её в офис «Родного Очага» и заключить договор на новую квартиру. Собственницей старой официально является она, так что без неё никак. А без меня они с отцом не справятся.
— Святое дело, — понимающе сказал Маньков, мгновенно сменив гнев на милость. — Тогда завтра в восемнадцать ноль-ноль жду тебя в ресторане «Стейк и Вино»! Местоположение я тебе скину. И столик я закажу. И только попробуй опоздать, партнёр!
* * *
Вечером, завершив все дела в офисе, я добрался до дома на такси. Было без четверти семь. Едва свернув во двор, я сразу зафиксировал аномальную активность: на детской площадке, несмотря на полное отсутствие детей, плотно кучковалось человек тридцать взрослых. Контингент был самый разнообразный: от молодых мужчин в спортивных штанах до пожилых женщин в домашних тапках. Все эти люди давно и безнадёжно вышли из целевого возраста данного инфраструктурного объекта, но их это нисколько не смущало. Они стояли группами, переминались с ноги на ногу, курили, перешёптывались. Марина слово сдержала — народ собрала.
Заметив меня, толпа мгновенно пришла в движение. Люди двинулись навстречу, и со всех сторон посыпались нетерпеливые вопросы:
— Привет, Илья! Ну что там у нас⁈
— Илюша, новости есть? Не томи!
— Илюха, чем порадуешь⁈ Говори быстрее!
Я остановился, выждал пару секунд и произнёс достаточно громко, чтобы акустика двора разнесла мои слова до каждого присутствующего: