Все это было и глупо, и…

Весной вся полусотня нордвигского войска отправилась домой, а Маля вдруг занедужила, от какой-то непонятной очередной странности. Что у русалок за здоровье, вроде и не болит ничего, а как-то неуютно и скучно, что просто никакой возможности… Не надо было тогда целоваться. Он же вроде такой горячий, что прямо уж и не чувствуется, как жжется…

Нужно было с кем-то поговорить, поскольку от нав особого толку не имелось. Нет, советов они давали в изобилии, но все те советы в охотничью сторону вели. В библитеке тоже по делу не особо много имелось — в сагах уж так поэтично написано, что прямо как хочешь, так и понимай. Иных книг имелось маловато, да и тоже как-то об ином. Пришлось осторожно спрашивать у родителей.

— Дурь у тебя! — сказала Ма-Хелена.

— От то точно, дурь, — согласилась Ма-Элена, посмотрела на сестру пристально. — Хотя нам самим выбирать было нечего. Один Хома и имелся.

— Так, а чего и выбирать? — удивилась Ма-Хелена. — Всем добрый казак. И не пьет. Хорошо же живем.

То была правда, но какая-то на куцик малость схожая.

Маля подумала и спросила у самого дядьки.

— Вопрос философский, — согласился дядька Хома, потирая доблестную заметку на виске. — Но я тебе, Таранька, вместо батьки с самого, можно сказать, первого дня. Ну, вернее вместе с Анчем мы тебя за батьков, но где этого нечертового демона таскает второй год, он и сам, подлюка, не знает. Хоть бы заявился проведать, гишпанская бессовестная морда. Да, так о философском. Врать тебе не стану — нету у меня ответа на столь сложный вопрос. Мы с твоими мамками, люди, да еще полумертвые. Смотрим на теченье жизни однобоко. Вопрос важный, нужно у кого-то знающего спрашивать. Вот появиться твоя бабка, — то самое всезнающей Оно, чтоб ей…

Бабки все не было, а мысли и сомнения мучили. Весной, с торговыми барками заехала проинспектировать место военно-вонючего крушения Леди-с-Медвежьей. Вместе с барками приплыли и речные южные навы — для осмотра Клуба. С ними вернулась и Вана, бывшая на излечение и улучшении организма. Очень было радостно — выглядела подруга очень здоровой и повзрослевшей, особенно в той части, что излечивалась. Обсудили — не мешают ли улучшения плавать — оказалось «обтекаемость» докторами предусмотрена. Рассказывала подруга и о многом ином чудесном: про реки, замки и огромный город Дубник.

Случай сам подвернулся — Леди-с-Медвежьей русалку не забыла, передала отдельную королевскую благодарность за «отлично проведенную разведку перед битвой за Башню» и спросила о планах на жизнь. Нет ли желания мир посмотреть, глянуть на иные реки и озера? Понятно, через год-два, когда окончательная взрослость придет.