Раз-два, — Дики оказалась на каминной полке, осторожно перешагнула через канделябр.

Кэт, сидя на столе, смотрела скептически. Понятное дело, — у некоторых ночных созданий все куда изящнее выходит. Вон, — даже восседает на столе как статуэтка. Ланон-ши — им что — они и по балкам потолка могут прогуляться с закрытыми глазами.

— Дики, ты осторожнее — мне на голову глефу не свали, — прошептал снизу Рич.

— Угу, — девочка, прижимаясь к стене, тянулась к клинку глефы. Уж очень, понимаете ли, осмотрительный братец. Глефа его напугала. Как будто сверху не видно, что он изо всех сил старается не обернуться и не полюбоваться рассевшейся на столе ночной шпионкой. Эх, братец-братец.

Высоко подвесили. Дики, наконец, дотянулась. Магнит крепко прилип к серому лезвию. Тьфу, — обычный металл. Наверное, даже серебра не добавляли.

— Атас! — завопила шепотом Кэт, слетая со стола.

Спрыгнуть Дики успела, но немножечко поздно. В дверях, ведущих к верхним лестницам, стояла Найни. Похоже, полет с каминной полки ее несколько напугал. Миниатюрная женщина ухватилась за живот:

— Дики⁈ Ты цела?

— Вполне, — мрачно заверила девочка.

— С ума сошла? А если на табурет спрыгнешь? А если нога подвернется? А если глефа сверху свалиться? Ты к ней лезла?

— Мы глефу снимать не собирались, — поспешно заверил Рич. — Дики просто решила взглянуть как зал сверху выглядит. Мы поспорили, что сверху он гораздо просторнее.

— Поспорили? — Найни закатила глаза. — Кэт, дитя мое, ты-то своим хорошеньким лбом о чем думаешь? Не маленькая ведь уже. Ладно эти десятилетние сопляки, но ты-то…

— Мы спорили о Большой Весенней Уборке, — покаянно мурлыкнула Кэт. — Мы увлеклись…

— Об Уборке? — Найни поджала губы. — Брехуны вы.

Дики почувствовала что общими усилиями спецназ запрыгнул куда-то не туда. Найни-Мышка свой человек. Почти как мамочка, только балует больше. Нехорошо получается.

— Найни, это я виновата. Я полезла…

— … но ничего опасного мы не сотворили, — подхватил Рич.

— … мы тебя пугать не хотели, — поддержала Кэт. — Косточки размяли. Может, ты сядешь?

— Ты меня не путай, — почему-то очень поспешно сказала Найни. — Вам сколько раз было сказано, чтобы не смели лезть к оружию без взрослых? Кэт, ты взрослеешь или нет? Кинжал тебе нацепили, а ума довесить забыли, да?

Кэт накрыла узкой ладошкой рукоять висящего у пояса короткого стилета:

— Виновата. Не досмотрела. Следующий раз я их прямо ремнем по задницам.

Найни фыркнула:

— Не заливай. Скорее уж они тебя выпорют. Анархисты малолетние.

У Рича стремительно порозовели кончики ушей. Сам мальчик хранил невозмутимый, в меру покаянный вид, но сестрица его знала как облупленного. И Кэт его знает. То-то улыбку свою колдовскую с личика старательно сгоняет. Засмущался юный милорд. Мысль об обоих вариантах порки беднягу шибко пристукнула. Очень зря, — угроза явно ги-по-те-ти-ческая. До сих пор до столь неблагородного наказания дело не доходило.