— Они, моя Госпожа, не прикормились. Просили им порции убавить,— сообщила Мышка. — Говорят очень вкусно, но работать обожравшись трудно. Ингерн думала обидеться, так вроде не на что. Готовку хвалят, но едят мало.

— «Нам хлеба не надо, работу давай», — озадаченно процитировала Леди. — Подозреваю, нам метро строят. Как бонус. С резьбой, мраморными полами и лестницами-чудесницами. Из каких побуждений, интересно?

— Мрачные они, — прошелестела Блоод. — Скучные. Не интересуются, — ланон-ши посмотрела на мужа. — Не чувствую вообще. Даже забыла.

— Как-то это все нездорово, — пробормотала Леди. — Маньяки у нас в подвале. И что характерно, несексуальные. И что с такими делать? Может, Ква их расколет? Он о всяких дарковских отклонениях лучше осведомлен.

— Но он еще когда приедет, — заметила Флоранс. — Ты же теперь не успокоишься. Может, с этими стуканцами мягче побеседовать?

— Разве мы на них орем? — удивился управляющий. — Они работают, придраться не к чему. Такой ход, да еще с отнорками…

— Это и смущает. Зачем вся эта показуха? Темнят наши кроты.

— Ашу позвать? — предложила Мышь. — Пусть просканирует.

— Дарья не любит. Дарков слушать, — напомнила Блоод.

— Что значит, не любит? — возмутилась Леди. — Как доски нужны, так она здесь, вся такая красноречивая: «свинки… опорос… позарез надо». Всё, с вечерним патрулем на ферму депешу шлём…

Аша приехала с сыном и двумя пирогами с калиной. За обедом поговорили о текучке, потом сдали наследника свиноводов няне-Гае и спустились вниз.

— Вот неприятное это дело — чужие мысли через голову пропускать, — пробормотала Даша.

— Ну, через уши всякую ерунду фильтровать тоже удовольствие еще то.

В туннель не пошли, постояли перед дверью «прорабской», Даша смотрела на каменную плитку с резьбой, дергала носом. Пошли обратно. На лестнице выяснилось, что Дашка дергает не только носом — а вся давится. Смешно, понимаете ли, свиноводке.

— Это что за истерика?

— Ой… они… это… Сделали они всё. Только признаться боятся. Они… ох… предрассудками… преисполнены…

Ситуацию обсудили в кабинете. Энгус подал дельную идею. Операцию назначили на послезавтра. Дарья выпросила (если лишняя останется) резную плитку для каминного портала (пока лишь предполагаемого) и укатила домой, инструктировать своих мужчин, достраивающих баню.

Вечером Катрин сказала подруге:

— Хм, возвращаясь к этим подземным молдаванам-шабашникам. Как показывает практика, вежливость не всегда срабатывает. Видимо, я человек излишне контрастный. Обманчивой внешности.

— Полагаю, дело не в тебе, а в пиаре. Кстати, откуда эти чудовищные брюки со шнурками возникли? Вульгарность просто вопиющая.