— Алексашка Образцов лишается всего имущества и приговаривается к изгнанию в Пустошь на веки вечные! — Как раз закончил вещать парнишка.

И почему это я «Алексашка»? Я Александр! Что за панибратство⁈ И чего там лишается? Фигли я отдам кому-то свои фабрики и… так, что там было про покушение и присвоение? Я честно тот контракт забрал!

Наконец, с меня сняли тряпку и я увидел… лучше бы не видел.

Я зажмурился, тряхнул головой, в надежде, что это галлюцинации, и открыл глаза. Нет, не привиделось. Я стоял на коленях перед воротами в высоченной стене, чей белый камень отражал лучи солнца и слепил. Слева и справа шептались толпы народа, перед воротами стояли шестеро мужчин и две женщины, все в деловых костюмах. Один из них, молодой человек в костюме поскромнее и круглых очках как раз опускал лист бумаги. У каждого, кроме этого в очках, за спиной находилось по мужику с квадратной челюстью и квадратной же стрижкой — охрана.

Где я, чёрт возьми, оказался⁈

«Город Орёл», пришло откуда-то знание. Так. А почему?..

— Приговор понятен, Алексашка? — снисходительно, так обращаются к детям и умственно-отсталым уточнил мужчина в центре, с благородным лицом и аккуратной седой бородкой.

— Я Александр Образцов, — заявил я и попытался подняться.

На плечо легла здоровенная ручища. Но это полбеды — я не узнал своего голоса. У меня всегда был низкий рокочущий голос, а это что за слащавое недоразумение?

— Голос прорезался? Не трудись. С тебя достаточно одного «да». Но можно и без него. Пшел вон из города. Умри поскорее, — с насмешкой закончил седой и развернулся к воротам.

— Всё закончилось! — крикнул кто-то со стены. — Жители Орла, возвращаемся под защиту стен. Быстро и организованно.

Народ зашумел. Кто-то заявил, что хочет увидеть мой уход — ему ответили, что обойдется и ворота закроются через пятнадцать минут, а я тут могу торчать хоть до темноты. И люди с ворчанием потянулись вслед за важными шишками обратно в город.

Рука с моего плеча исчезла, руки больше ничего не стягивало. Я поднялся и заглянул в ворота.

Обычный город: коробки домов, шоссе с машинами, светофор, люди на тротуарах. Только это не Орёл. Не тот Орёл, что я знаю. Что происходит⁈

— На вот. — Мне в грудь врезался небольшой рюкзак. — Я бы не отдавал, всё равно до полуночи не протянешь, но положено.

Я поднял голову. Рюкзак мне выдал мордоворот в военной форме оливкового цвета с тремя полосками на погонах и бело-сине-красным флагом на рукаве.

— Спасибо, сержант.

— Удачи, пацан, — хлопнул меня по плечу другой сержант, помоложе и с сочувственной миной на физиономии.