— Благодарю, Кирилл Павлович, — неожиданно обратился ко мне незнакомец, слегка приподнимая шляпу.

Я замер.

— Мы знакомы?

Мужчина лишь усмехнулся.

— Новоархангельск не так велик, как кажется. Все достойные семейства города можно пересчитать по пальцам.

Не дав ответить, он помог даме подняться в экипаж и уехал, оставив меня стоять на дороге с неожиданной мыслью: если даже случайные прохожие знают меня в лицо, значит, мой авторитет растёт. Невольно улыбнулся, садясь в следующий экипаж.

Проснулся с ощущением, будто по мне проехался целый кавалерийский полк. Голова раскалывалась, во рту было сухо, как в пустыне, а тело ныло так, словно меня хорошенько отдубасили.

— Чёртов отходняк, — прохрипел я, с трудом приподнимаясь на локте.

Ощущения были до боли знакомыми, как во время самого жестокого похмелья в прошлой жизни. Хоть я и не злоупотреблял, но в студенческие годы бывало всякое. Только сейчас всё проходило в разы хуже: последствия боевых стимуляторов и энергетиков давали о себе знать в полной мере.

На тумбочке стоял графин с водой и маленький флакон с голубоватой жидкостью — витаминный эликсир. Я жадно осушил сначала графин, потом выпил зелье, чувствуя, как по горлу разливается приятная прохлада.

— Прелесть того, что тебе принадлежит лучшая алхимическая лаборатория империи, — пробормотал я, ложась обратно.

Эликсир начал действовать почти мгновенно. Тошнота отступила, туман в голове рассеялся, и уже через десять минут я чувствовал себя человеком.

Спустившись вниз, застал маму с Тасей за обедом. Столовая, рассчитанная на десятерых, выглядела почти пустынной, за огромным дубовым столом было всего три стула. И на моём восседал Мотя.

Кто-то подложил ему подушки, и зверёк устроился как на троне: задними лапами упирался в стул, а передними ловко подтягивал кусочки еды со стола.

— Вот так всегда, — вздохнул я, скрестив руки на груди. — Приходишь обедать, а твоё место уже занято.

Тася захихикала, а мама лишь покачала головой.

— Не обижай своего друга.

Я пригляделся и ахнул.

— Да он же раскормленный! Вы его на убой готовите?

— Ну, он такой худенький был, — мама смущённо улыбнулась.

— Мне боевой скрежезуб нужен, а не кенгуру, — пошутил я. — Такого в карман уже не запихнёшь.

Мотя фыркнул, словно обиделся, но от еды не отвлёкся.

Я подошёл ближе, а Машка, наша служанка, поднесла стул и подала приборы. Повар Григорий появился через минуту, ставя передо мной тарелку борща.

Аромат свеклы, мяса и специй ударил в нос, и на мгновение я перенёсся в детство, в те дни, когда после долгих прогулок по зимнему лесу возвращался с родителями домой. И вскоре на столе меня ожидал этот самый борщ: густой, наваристый, с ложкой сметаны. Или это воспоминания из прошлой жизни? Я тряхнул головой, прогоняя наваждения.