— Голицыну тоже это вряд ли понравится, — привел я последний аргумент.

Пусть между нами с князем нет особой теплоты, но мы оба выходцы из одной страны, это создавало определенную связь. Князь Хаоса мог и обидится, что его соотечественника прикончил какой-то француз.

Довод вызвал задумчивость.

— Он силен, — помедлив, признал Ла Гранж, но тут же добавил: — Однако его долгое время никто не видел. Подозреваю, твой приятель Голицын удалился от дел, не желая влезать в нынешние разборки. И вряд ли он вылезет из той норы, куда забился, в ближайшее время.

Крыть нечем. Голицын мог даже не знать о происходящем в большом мире, закрывшись в личном убежище, отделенном от реальности слоями первородного Хаоса.

— Так что, может не будем будоражить мирных обывателей и решим дело миром? — предложил Ла Гранж.

Мне захотелось рассмеяться. Как он себе это представлял, что я добровольно улягусь на лабораторный стол, соглашусь на чудовищные опыты, ради эфемерной цели уметь вычислять кто из магов сможет пройти инициацию на глубоких уровнях слияния со стихией? Он что идиот? Или держит за идиота меня?

— А может мы просто разойдемся, — сделал контрпредложения я, в этот раз проявив вежливость.

— Ну да, а ты, конечно, забудешь об этом, — по лицу француза скользнула змеиная улыбка. — И не будешь в дальнейшем пытаться меня убить.

Буду. Конечно буду. Он это знал, и я это знал. Любые заверения здесь не сработают. Такое не забывают. И не прощают. Это основа основ, краеугольный камень, на котором держатся взаимоотношения между Истинными Князьями. Если дашь слабину, тебя сожрут. Не потому что ненавидят, а избавляясь от слабого в стае.

Проклятые, по сути, тот же клан, только со специфическими особенностями. Напав на одного из своих Ла Гранж пошел против системы, и если у него не получится оправдать свой поступок, его уничтожат. Избавятся, как от бешенной собаки, чтобы не бросалась на своих.

Подход выглядит сложным и противоречивым, но он неоднократно доказал свою эффективность за века эволюции владеющих магическим даром.

— Что-ж, если не хочешь по-хорошему мой мальчик…

Он не договорил и ударил. Атака была хорошо выстроена, включала множество элементов, основанных на разнонаправленных сферах. Здесь и Жизнь, и Смерть, и даже нечто странное, от чего несло небытием и окончательным распадом.

Разумеется, я тоже использовал отпущенное на болтовню время для подготовки. Сначала мелькнула мысль построить портал и сбежать, но особенность конфигурации пространственных переходов делало такой шаг невозможным. Получив свободу маневра, Ла Гранж спокойно дождался бы, пока откроется проход, и смял бы его направленным энергетическим импульсом.