Мужик-юся, скорее всего, откуда-то из Южной Европы — возможно, из Италии или Испании. Кареглазый длинноволосый шатен с правильными чертами лица и не очень аккуратной бородкой-эспаньолкой.

Оставшиеся двое — это стихийники. Они оба мужики, причём один сразу же бросается в глаза, потому что негр. И негр из тех, которые прямо негры — чёрный, как эбонит, будто только что прибыл из самого сердца Африки. Но изысканную черноту его кожи портят язвы, почти такие же, какими может «гордиться» Юрген.

Второй — белый, русоволосый и голубоглазый. Как мне кажется, он славянин.

— Эй, пидор! — крикнул я ему на русском.

— Пошёл нахуй! — ответил он.

Точно славянин.

Комплекции он спортивной, но без особого развития мышц, характерного для «физиков». В целом, я такого на базаре в Новосибирске бы увидел и не придал значения — как говорит Маркус, эвридей, регулар, нормал мазафака…

По мере их приближения мне стало понятно, что оба этих типа сфокусировались на стихии Огня.

Мне сразу открылось, что это комбинация анти-юся — два «огневика» и два «физика». Им на подмогу отлично бы подошёл «воздушник», но он сейчас лежит под ногами у Маркуса и смешно дрыгает культями, как динозавр Тирекс…

Этот подбор оппонентов позволяет связывать боем любого другого юся, что делают «физики», а «огневики» жгут его с дистанции. Их не догнать, потому что помешают «физики», а если сконцентрируешься на самих «физиках», то будешь драться в невыгодных условиях, буквально, под огнём.

Но мы с Маркусом готовились ко всему.

— Диспара кон ла эксопета, а лос инсендиариос! — скомандовал я.

Русский применять было нельзя, потому что юся-славянин меня прекрасно понимает, поэтому мы использовали испанский. Я сказал «Пали из ружья по огневикам».

— Ло тенго, эрмано! — улыбнулся Маркус.

Вскидываем ручницы и стреляем в огневиков.

«Огневики» среагировали пламенными завесами, предназначенными для защиты от ледяных и воздушных практик.

Картечь легко преодолела барьер, но о результативности выстрелов мы узнать не могли, поэтому побросали ручницы и вооружились основным оружием.

— Я слышал о тебе! — выкрикнул юся-южноевропеец, выставив перед собой длинный палаш с s-образной гардой. — Ты же тот русский из Храма Песни Священного Ветра, да⁈ Юрген много рассказал о тебе!

Беседовать с ним за жизнь у меня желания не было, поэтому я атаковал его.

Фехтовальные навыки у него на высоте, чувствуется, что это профессиональный боец, но физической дури у него меньше — как максимум, «Стальные врата». Он даже, по ощущениям, слабее Кровавого Говэя, которого я обезглавил у винной башни в яблоневом саду.