Почувствовав наконец уверенность в ногах, я отстранил помощников и попробовал идти сам. Прихрамывая, задыхаясь и морщась от боли, но сам.

— А ты… м-м-м… Борис, — снова начала разговор Дарья, — Говоришь, к гномам ходил?

— Ну да, к гномам, — кивнул я, отдышавшись.

— После Всплеска ещё неделя не прошла! Какой идиот попрётся на этот берег сейчас?

Я тактично умолчал, что таких идиотов тут, если не считать моего слуги, даже двое.

— А я говорил барину, госпожа, да! Ох как я уговаривал его, матушкой заклинал! Да только вот он меня…

— Захар, — я зыркнул в его сторону, и слуга замолчал, хотя на лице его застыло оскорблённое достоинство.

А вот Дарья уже не отстала:

— А зачем к гномам? Хотел узнать, какой у тебя талант? Я слышала, Грец… Борис, да… Слышала, что ты бесталанный, — сказала она без особого такта, и пожала плечами.

Я сразу не нашёлся, что ответить. Ну, не говорить же, что пошёл выпрашивать у гномьего бога мести для моей тётушки, которая мне денег не прислала.

— Да, я слышала, что ты то к купцам, то всё пытался в дружину к нам попасть, — задумчиво добавила Дарья.

— Господин считает, что ему надо находиться ближе к яродеям, — бросив испуганный взгляд на меня, молвил Захар.

— Так ясное дело, — уверенно добавил я, не особо понимая, о чём речь, — С яродеями самое… это… близко чтоб.

«Особенно с такими, как эта орка», — подумал я, но вслух, конечно, не озвучил.

— Ага, — усмехнулась Дарья, — Вот только ты тогда сказал, чтоб никаких смотров, и чтоб тебя самое малое десятником сразу поставили. Тогда-то наш десятник Данила взашей тебя выкинул. А зачем к яродеям-то?

— Госпожа, мой господин считает, что так его собственное ядро проснётся.

— Собственное? — удивилась орка, — Но, я слышала, ты Жалованный! Ну, и, кстати, это обычное дело для полукровок, что таланта нет.

Что такое Жалованный, я не знал, и вопрос этот был бы наверняка глупейшим. Но меня взяла упрямая ревность, и я выпалил, хвастаясь и желая пришибить её этими словами:

— Вообще-то гномы сказали, что я — Видящий!

Про то, что вижу ещё и руны, я предусмотрительно умолчал. Предупреждению мастера Зота я внял полностью, и понимал, что этот секрет будет стоить мне жизни, и даже моему Захару его знать не стоит.

— Ха, Видящий, — орка отмахнулась, — Таких в Качканаре вагон и тележка…

Она тут же осеклась, поняв, что её бестактность превысила какие-то рамки, и добавила:

— Но всё же это дар, да.

Я же подумал про вагон. Старомодная одежда, топорики, и гномы-шаолиньцы наводили меня на мысль, что мир здесь явно ещё без технологического прорыва. Но если есть вагоны, то наверняка должны быть и поезда.