— Нужно осмотреть рану, — прокомментировал я, кивнув в сторону парня.

— Не сейчас, — коротко бросил Строгонов. — Надо убираться ниже. На первый этаж. Иначе окажемся отрезаны на лестнице, а это смерть.

— Я быстро, — нетерпящим возражений голосом ответил я и сел рядом с первым парнем. Третий глаз и так был активен с начала сражения, так что я прекрасно видел вытекающие потоки праны. Ну и кровь заодно. Если пережать в этих двух местах, у шеи… — Прикуси рукав, будет больно.

Парень ничего не ответил, но приказу подчинился, после чего я пережал вену, заставив войти мышцы плеча в постоянный спазм. В результате кровь перестала доходить до повреждённого участка, но это было чуть ли не больнее самого ранения. Ровно до того момента, как я отключил близкие нервные центры.

— Всё. Теперь будет легче, руку не отпускай, в течение часа всё вернётся в норму, так что рану надо срочно обработать и зашить, — сказал я, похлопав парня по здоровому плечу, и повернулся ко второму. Вот только с первого взгляда я ошибся. Он не выглядел раненым просто потому, что уже был мёртв. Так что бледность оказалась легко объяснима, и сделать с этим я ничего не смог бы с самого начала.

— Этот уже всё. Дальше можно не тащить, — проговорил я, обратив внимание на всхлипывающую девушку. — А с тобой что?

— Всё с ней нормально, — услышал я недовольный голос за спиной, но против ожиданий это была не Мальвина, а Наденька. Горничная оглянулась всего на мгновение, но в её взгляде было столько презрения, что всё стало понятно без слов.

— Из ваших? Знаешь её? — спросил я, перебежав к вагонетке. — Это конструкция вместе с нами спуститься не может?

— Нет, рельсы только в коридоре, — с сожалением ответила горничная, в этот момент менявшая на пулемёте ленту. Противники же, дождавшись, пока ответный огонь стихнет, начали выходить из захваченной комнаты, и сейчас их штурмовые щиты перекрывали уже половину третьего этажа.

— Надо уходить, — ещё раз сказал Василий, когда ему не дали высунуться над щитом вагонетки и вынудили стрелять по-сомалийски, почти наугад.

— Надо, — нехотя согласился я. — Надя, как можно перекрыть этаж? Есть тут ворота для экстренных случаев?

— Да, но только пожарные. И они сейчас не работают, — ответила девушка, показав пальцем на жалюзи, висящие чуть позади нас на потолке. Обидно, даже если мы их опустим, придётся вагонетку оставлять здесь, и огонь уже не повести. С другой стороны, Строгонов прав, я со своим однозарядным гранатомётом много не навоюю.

Хотя… почему именно им? Хватит мыслить старыми штампами! Дарник я, или где? Щит же получился? Значит, и диск выйдет как надо. По крайней мере, я на это очень рассчитывал, но ни с первой, ни со второй попытки сформировать конструкт не получилось. А прессом я противников только откидывал назад.