После этого меня пусть и неохотно, но отпустили.

Вечер шел своим чередом. Гости танцевали, сплетничали, вели беседы о политике, обменивались новостями, играли в карты, флиртовали, пили вино — в общем, каждый нашел себе занятие по душе. Меня по-прежнему засыпали вопросами, но уже не так густо, и я свободно путешествовал по залу, выбирая себе ту компанию, которая будет мне интересна.

Мало-помалу, бал приближался к своему завершению. За мной был обещанный танец, и я спустился вниз, готовясь исполнить своё обязательство. Я шел к ожидавшей меня даме, ловя краем глаза заинтересованные взгляды из-за вееров, слыша вслед шепотки, то завистливые, то восхищенные. Распорядитель объявил вальс, оркестр грянул Брамса, мы вышли с дамой в круг, дождались такта и — раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три…

То ли Штраус талантливей Брамса, то ли Александра Сердобина действует на меня совершенно гипнотически, в отличие от нынешней партнерши, то ли существует еще какая-то неведомая мне причина, но на этот раз чуда не произошло. Я старательно выделывал полагающиеся па, моя партнерша тоже была на высоте, и мы были не хуже других — но и не лучше. Зато я получил возможность поболтать с дамой.

— О несравненная, вы непременно должны открыть мне одну тайну, — наклонившись, шепнул я в маленькое розовое ушко.

— Какую же? — старательно округлила глаза несравненная.

— Тайну вашего имени, конечно. Баронесса представила меня вам, равно как и всем здесь присутствующим. Но вас мне никто представить не удосужился. Возможно, вы на минуту отойдете от строгих правил приличия и сделаете это сами?

— Ох, господин Стриженов! — кокетливо улыбнулась дама. — Для вас я сделаю это с удовольствием. Итак, я счастлива представить вам Анастасию Томилину, вдову воронежского помещика Томилина Леонтия Валерьевича.

И она чуть откинулась, опираясь спиной о мою руку. Голова ее, как полагалось нынешними правилами вальса, была повернута несколько в сторону от меня и немного запрокинута назад. С лица вдовой помещицы не сходила счастливая улыбка, в первую очередь предназначавшаяся, по моему мнению, всем тем, кто сейчас хотел бы оказаться на ее месте.

— У вас чудесное имя, госпожа Томилина. И оно подходит вам как нельзя кстати. Должен заметить, у вас изумительной красоты профиль лица.

— Только профиль? — чуть прищурилась вдова Томилина.

— Не сомневаюсь, что вы совершенны во всем, но именно свой профиль вы мне демонстрируете последние несколько тактов!

За таким разговором весь тур вальса пролетел во мгновение ока. И едва я успел вернуть госпожу Томилину на место, в зале появилась баронесса и объявила: