Все же, потихоньку, по сантиметрику, удается вылезать вперед. Чуть позже начал тормозить, чуть раньше начал разгон — и вот к началу второго круга я уже вровень с мобилем «Успеха», а не позади на полкорпуса, как другие. Мобиль на вираже опасно кренится, и я держу его буквально на грани, балансируя между скоростью и управляемостью. Даже свешиваюсь влево, внутрь поворота, чтобы хоть немного сместить центр тяжести, который у этих аппаратов чересчур, недопустимо высоко.

Второй круг, третий поворот. Мобиль «Скорости» отстает, теперь слева его никто не блокирует, и он решается проделать тот же финт, что и я в прошлом заезде. Но — рано: войти в поворот у него получилось, а вот на выходе ему мешаются два мобиля: мой и соседний, с усачом-гусаром. И мне-то никуда не деться, и вперед не рвануть, и вправо не уйти, сосед чуть-чуть, но мешается. Зацеплю его, а потом, как давеча Клейст, буду две недели куковать в больнице с сотрясением. И это если повезет.

Эх, зеркала-то нет, не видно, что делается сзади, приходится оглядываться, рискуя на вираже упустить мобиль. Еще одна зарубка на память. А «скоростной» удачно притормозил, буквально повиснув у меня на хвосте. Виртуоз, млин! Зато усач справа, увидев такую угрозу, шарахнулся в сторону, открывая мне свободу маневра. Теперь пар на полную и вперед!

Третий круг, седьмой поворот. Мобиль «Скорости» так и держится на хвосте, как привязанный. Это уже начинает надоедать. Я решил снова провернуть свой трюк. Внутренняя дорожка занята «Успехом», поэтому пришлось проходить через вторую дорожку, и эффект получился не настолько сильный. Но на прямую вылетел уже чуточку опережая своих соперников. Быстро оглянулся назад: мобиль «Скорости» так и висит на хвосте. Наверняка хочет подловить на повороте, но со мной такие штуки не пройдут. Примерился, прикинул, перед поворотом чуть тормознул, вынуждая «скоростного» тоже тормозить, и на полном пару ушел в поворот, рассчитывая выйти на первую дорожку перед самым носом «Успеха». После такого финта «Скорость» наверняка отстанет.

Чесслово, я не специально! Я вообще ничего не видел, только услышал только позади хруст, грохот, крик, громкие матюки, а потом рев трибун заглушил все прочие звуки. А мне было все равно, мне оставался только один поворот до финиша. Гусара на третьей дорожке за соперника уже можно было не считать, ему теперь ничего не светило. Даже если бы удалось ему проскочить свалку без потери скорости, за оставшиеся полкруга он ничего не успеет сделать. Последний поворот, уже в одиночестве, последняя прямая, секунда, еще одна и — финиш!