Это была классическая «подводка», пас, который Грэм должен был принять и превратить в тачдаун. И он не подвёл.

— Дипломатия? — буквально выплюнул это слово мужчина, скривившись. — С этим режимом? Тереза, очнитесь! Они сорок лет играют в свои игры. Они вмешиваются в наши выборы, устраивают кибератаки, о которых все помнят, они взламывают наши электросети! Они вооружают наших врагов! А мы что делаем? Мы вводим «точечные санкции», которые бьют по нашим же компаниям. Президент Джонс пытается вести переговоры, а они в это время наращивают группировки у границ наших союзников. Это не дипломатия, это капитуляция в рассрочку!

В «ухе» Терезы Билл прохрипел:

— Отлично. Он завёлся. Подведи его к финалу. У нас минута до конца слота.

Тереза перевела взгляд на камеру номер один, ломая «четвёртую стену». Этот взгляд, который она тренировала годами перед зеркалом в дешёвой съемной квартире в Западной Вирджинии, теперь стоил миллионы долларов в год.

— Сенатор, вы говорите о силе. Но готовы ли вы озвучить то, чего боятся другие? Каков ваш план?

Грэм повернулся прямо к объективу. Глаза его сузились.

— Знаете, что нужно сделать с Россией? — понизился голос до зловещего шепота, который микрофоны-петлички выловили и усилили. — Её нужно поставить на место. Окончательно и бесповоротно. Мы должны увеличить военное присутствие в Восточной Европе. Мы должны вооружить союзников до зубов. Мы должны дать зелёный свет проекту ПРО в Польше. И да, мы должны быть готовы применить нашу военную мощь, чтобы показать, что красные линии для США — не просто слова!

Аудитория в студии, тщательно отобранная массовка, управляемая модератором с табличками «Аплодисменты», взорвалась овациями. Но Тереза видела, люди хлопали не по команде. Они хлопали, потому что им было страшно, и этот старик на сцене обещал им защиту через насилие.

— Они думают, что могут угрожать нам своими ракетами? Ха!

Грэм уже не говорил, он проповедовал.

— У нас есть «Томагавки»! У нас есть самый мощный флот в истории. Пора перестать бояться и начать действовать. Если Орлов не понимает намёков, возможно, ему стоит напомнить, чем закончилась для Ирана его ядерная программа после нашего «точечного удара». Пора заставить Кремль понять, что эпоха их безнаказанности закончилась. И если для этого нужно поднять уровень угрозы до «DEFCON 1», то я лично готов поддержать это решение!

Студия ревела. Это был катарсис. Тереза выдержала паузу ровно в полторы секунды, мастерский тайминг.

— Сильные слова для сильных времён. С нами был сенатор Бадди Грэм. Не переключайтесь. Далее в программе: почему цены на бензин — это плата за свободу?