Как никак, оружие легендарное…
Первое ощущение в руке – увесистый, даже тяжелый. Словно бы на четверть тяжелее «Нагана»… Тыльная часть кобуры открывается, словно футляр – а, перевернув ее, я нахожу специальный паз с фиксатором на торце. В свою очередь, на рукояти самого пистолета имеется продолговатый выступ – что загоняется сверху в паз кобуры до характерного щелчка… Готово!
Быстро развернув в руках пистолет с уже прикрепленным «прикладом», накидываю ремешок кобуры на шею – и привожу «Маузер» в боевое положение. Опустив вниз рычаг (именно рычаг!) предохранителя, расположенный сзади слева, также опускаю вниз и курок – фактически, взведя его. После заварухи на батареях, Извольский снарядил К-96 запасной обоймой, так что я даже не пытаюсь оттянуть затвор назад – какой в этом смысл? Только патрон вылетит из патронника – ищи его после в траве…
Жалко только, что у германского офицерика, взятого в плен, была лишь одна запасная обойма – стандартная, на десять сильных маузеровских патронов 7,63х25… В России более известных под маркировкой 7,62 ТТ. С другой стороны, нам еще крупно повезло, что в бою с казаками фрица оглушили ударом шашки в ближнем бою – прежде, чем тот успел бы воспользоваться убойным пистолетом!
Интересная деталь – прицельная планка начинается с двухсот метров, а заканчивается километром… Большие оптимисты делали этот пистолет, скажу я вам! А впрочем, создавали его скорее как полуавтоматический карабин… Ясно то, что на ближней дистанции (двадцать-тридцать метров) пули пойдут с завышением – так что на этой дистанции целиться стоит ниже пупка.
По яйцам – самое оно будет, ага…
- Приготовились! Дистанция – сотня метров!
Нельзя сказать, что немцы показались из-за изгиба посадок как-то внезапно. Ведь еще прежде, чем вражеские всадники в их нелепых «квадратных» шапках появились бы из-за деревьев, я услышал гулкий стук копыт по сухой земле, скрип седел и кожи амуниции, фырканье лошадей – и, наконец, отголоски чужих голосов.
- Идут сбоку от нас. Выносите прицел чуть вперед, перед грудью лошадей – и тогда точно попадете в цель… По моей команде – огонь!
Я нажимаю на спуск первым – выбрав в качестве «мишени» здорового гнедого коня под вырвавшимся вперед офицером. Последний картинно сжимал в руке обнаженный палаш… За секунду до моего выстрела. А теперь отчаянно завизжавший скакун яростно вскочил на дыбы, сбросив зевнувшего наездника!
Что там пистолетная пуля здоровенному жеребцу – весом в добрых полтонны? Но боль наверняка страшная…
Выстрелы восьми трофейных карабинов гремят дружным залпом; винтовочные пули сильнее пистолетных – и некоторые лошади заваливаются набок, дико визжа от боли! Удивительно, но также вылетает из седла и один немецкий зольдат… Кто-то из моих стрелков явно ослушался приказа бить первым выстрелом именно по лошадям. Но, победителей не судят – раз уж попал точно в цель!