Глава 4.
Страница 19 из 39
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 4.

Страница 19

На современных нам автоматах, вроде АК-74, расчет был иным – там берется ширина мушки. И если противник закрыл ее «вширь» целиком – то до цели всего сто двадцать пять метров. Если же он вдвое «уже» – то двести пятьдесят… И так далее.

Германских солдат наверняка учили бить в мишени с расчетом расстояния. Со ста метров целясь в центр, с двухсот – занизив прицел «к поясу», а с трехсот – бить «по каблукам», «под срез мишени». Однако правильно ловить движущуюся боком цель – с упреждением на полфигуры, фигуру и так далее, да с поправкой на ветер? Ну, уж нет! Тут попасть одиночной пулей сможет лишь очень опытный стрелок – и хотя у группы солдат, бьющих залпом, шансы зацепить цель явно выше… Все же результаты стрельцы немцев мы серьезно «занижаем», каждый раз уходя в сторону!

Тем не менее, пули свистят рядом – порой все же находя своих жертв. Так, в поле озимой пшеницы «маслина» достала в спину раненого казака – не пришедшего в сознание, и не свесившегося набок, как прочие донцы. Жив ли станичник, нет? Кто знает – но его зафиксированное ремнями тело теперь отчаянно мотает в седле на каждый скачок лошади.

Еще одна пуля ударила в шею одного из саперов. Тот рухнул под копыта коня, пытаясь зажать рукой страшную рану… Но из-под судорожно стиснутых пальцев упругими толчками билась кровь. И хотя раненый еще был в сознании – я не стал тормозить, чтобы помочь.

Пропали бы оба… Солдат итак был обречен – при артериальном кровотечении спасти раненого можно лишь жгутом, и лишь в первые двадцать-сорок секунд. Да, в идеальных условиях к шее еще можно прижать свернутый бинт или тампон ИПП, плотно зафиксировав его у раны вторым бинтом, или каким ремешком – пропустив тот через подмышку противоположной от раны руки… Но что толку от перевязки, если кровь хлынула бы сквозным отверстием прямо в горло? Да и «золотые» в этих обстоятельствах секунды я потратил бы лишь на то, чтобы остановить коня и добежать до раненого товарища…

Конечно, осадок на душе остался. Подленькое такое чувство, что солдат еще был жив, и что я мог ему помочь – но просто струсил…

А потом ранили казака, в ночном бою успевшего подогнать мне лошадь на батарее. Станичник с книжным именем Тихон дико, неестественно закричал – и в крике его было мало человеческого. Скорее уж отчаянный, звериный вой… Пуля ударила его в руку; возможно, перебила плечевую кость. Боец весь выгнулся от боли – и едва удержался в седле… Теперь же бледный от напряжения и мгновенно покрывшийся потом казак едва может скакать – наверняка каждый удар копыт по земле отдается в ране!

назадназад
1 ... 17 18 19 20 21 ... 39
впередвперед