— Пропуска! — потребовал охранник.
— Я с шестого этажа! — гордо глянул на молодого человека нахал.
Парень протянул свой документ молча. Без каких-либо замечаний.
— Тринадцатый, — возвестил безопасник.
— Йооооопппп… — прошипел что-то невнятное верзила.
— Конфликт исчерпан, я полагаю⁈ — насмешливо поинтересовался седой.
Наглец мало того, что активно закивал головой, так еще и заискивающе попытался улыбнуться:
— Так… я пойду?..
Причем вопрос его был обращен отнюдь не к охраннику, а к Волконскому.
— Куда пойдешь? — поинтересовался он.
— Так это… в конец очереди же… — таки проявил тот хоть каплю здравомыслия.
Отвечать парню не хотелось, а потому он только головой мотнул. Иди, мол. Лысый понял все правильно и быстренько слинял.
Охранник, проследим взглядом за траекторией верзилы, отдал пропуск парню:
— Хорошего дня, уважаемый. Во избежание подобных инцидентов рекомендую пользоваться площадками один и два. Оттуда лифты идут без пересадок. Вам же придется сменить кабинку на седьмом.
Кивнув на прощание, безопасник двинулся дальше. Где-то за спиной Павла назревал новый скандал.
Семен был счастлив.
Павел появился в дверях ресторанчика без семи мину четыре. К тому времени он уже успел «съесть» себе все нервы.
— Что это⁈ — глянул он на свежую «сечку» на брови.
Да и сбитые кулаки не ускользнули от его внимательного взгляда.
— Все отлично, — заверил его Волконский. — Здесь есть возможность вымыться?
Кажется, мужчине много чего хотелось сказать. Возможно, откровенно для кое-кого нелицеприятного. Но разница в положении заставила его просто кивнуть и указать на неприметную дверь санблока.
— Там, — сообщил он. — Ужин будет готов через пятнадцать минут.
Обратный путь прошел без приключений. Пообедав превосходным шашлыком, Павел повторил свой путь в обратном порядке: на «коротком» элеваторе добрался до тринадцатого этажа, а оттуда двинул пешком наверх. Отмахав с сотню этажей, он мысленно поблагодарил Олега за науку. Устал, конечно, но вполне терпимо себя чувствовал. Его вещи ожидаемо никто не тронул. Так что он без спешки переоделся и вышел на «жилом» этаже «Волконский».
Правда, далеко уйти не успел.
— Ну и что за вид, Павел? — остановил его строгий вопрос отца.
Глава 9
— Ну и что за вид, Павел?
Строгий голос отца разнесся по коридору, заставив парня замереть.
Волконский-младший прекрасно представлял, как именно он выглядит: сечку на брови, как оказалось, дополняла разбитая губа. Да и сбитые кулаки явно намекали, что день был непростой.
Парень не смог сразу придумать достойное оправдание своему такому появлению. А признаваться пока не хотелось. Впервые в жизни у него было нечто свое. Личное. Яркое. А реакцию отца на правду предсказать молодой человек бы не рискнул. Вполне возможно, чистосердечное признание закончилось новыми санкциями. А он еще за прошлое не расплатился.