— Тем не менее, хочу заметить, что в, как вы изволили сформулировать, «охоте» на Павла Анатольевича приняли участие еще представители, как минимум, одиннадцати родов. Ответа же вы требуете только от нас. Я могу считать это официальным вызовом? Или данная ситуация — попытка нанести оскорбление моему клану?
Аккомпанементом к его словам стал лязг скользящих затворов. С обеих сторон.
— Объяснитесь, Анатолий Григорьевич.
Отец не подвел. С неким восхищением Павел наблюдал, как он равнодушно пожимает плечами:
— Не суетитесь, Ярослав Романович, — строго потребовал он. — Безопасность нашей встречи гарантируется Костровыми и Фадеевыми. Своими действиями вы ставите клан в очень уязвимое положение.
Еще бы усач этого не понимал! Но и выбора у него не было. Либо безропотно согласиться на грабительские условия Волконских, либо попытаться сыграть в рискованную игру, обвинив оппонентов в намеренном оскорблении, что автоматически означает прекращение мирных переговоров.
Глава Архиповых ответил холодной усмешкой, почти полностью сокрывшуюся за его усами. Возможно, он даже что-то планировал сказать вслух. Вот только не успел. Двери в зал распахнулись и сразу с трех входов внутрь ворвались десантники в тяжелой броне. ЭТИМ ребятам противопоставить было нечего ни одной из сторон.
«СИБ? Армейцы? Спецура Совета Кланов?» — терялся в догадках Павел. Однако недоразумение тут же и разрешилось.
— Мое имя Еремей, — ровно сообщил мужчина в белой рубашке, зашедший следом за штурмовой группой.
Волконский едва заметно вздрогнул. Он прекрасно знал КТО именно представляется одним лишь именем, опуская фамилию и звание.
— Специалист канцелярии императора, — подтвердил догадку гладковыбритый мужчина с пустыми водянистыми глазами опытного дознавателя. — Я представляю интересы клана Костровых, клана Фадеевых и Короны. Ярослав Романович, вы нарушили протокол переговоров. Этот факт зафиксирован. Данные переданы всем заинтересованным сторонам. Копия отправлена и в Канцелярию. Хочу так же отметить, что выдвинутое вами обвинение в оскорблении клана — очень серьезный поступок. Если Анатолию Григорьевичу удастся доказать, что он имел основания для предъявления обвинения исключительно вам и не имел намерения оскорбить, то, как уже было объявлено, вы поставили себя в крайней уязвимое положение. Ну что ж… Начнем!
Глава 18
«Войны никто не хотел. Война была неизбежна.».
Мнение инструктора клана Волконских Борцова О. Ю. (подсмотрено им в книге «Августовские пушки» Барабары Такман.).
«Это. Было. Близко.» — оценил Павел, незаметно выдыхая.