Это я так подумал, а у шакраса на этот счёт было собственное мнение. И он оказался прав — паучок побежал за старшими и вернулся уже не один! Ох уж этот круговорот существ в природе! Теперь уже я поскорее засучил лапками, разрывая липкую паутину. И в тот момент, когда мне по спине прилетел удар с размаху, успел-таки увернуться! Бросился в сторону, налетел на мохнатый бок ещё одного чудовища, и отскочил в сторону тёмной ямы. Только каким-то чудом не свалился и побежал дальше, пока третий паук с разбитой мордой вылезал из своей норы.

Тактика «бей и беги» здесь не работала. Всю поляну изрыли! Из тёмных дырок полезли наружу острые лапки. Охренеть, как будто в той игре, где надо молотком хомячков обратно в норки забивать!

Молотка только у меня при себе не оказалось — не захватил, да и у хомячков слишком много лап было. Но во всём надо искать хорошее — по крайней мере теперь я выяснил, почему сектанты лес не охраняют!

А еще мне не помешало бы чудо.

Сразу с нескольких сторон послышалось шипение с шуршанием. Бросив взгляд через плечо, я заметил сразу двух самых здоровых. Снова шипение, и тёмная стена пауков и деревьев стала ближе. Тут и спереди тоже зашипели — это повысовывались пауки из нор, сплошная мелочь, с баскетбольными мячами вместо голов. Из метровой ямы показался уже знакомый мне тип с пятью подбитыми глазами из восьми. Чётко так отпечаток подошвы моего ботинка лег наискосок, любо-дорого посмотреть!

И если остальные смотрели на меня лишь с гастрономическим интересом, то этот излучал почти ощутимую на физическом уровне ненависть. Он резко, будто рывком, выдернул себя из норы и бросился на меня.

— А вот и чудо! — прошептал я, бросаясь ему навстречу.

Прямо на ходу сгенерировал очередной гениальный план! Чудо я углядел в том, что если паук меня обошёл, то значит норы сквозные! Это мой шанс не только сократить количество нападающих, но и пострелять с естественным глушителем. Осталось только оказаться под землёй.

Врубив спринт, отслеживая все ямы и траекторию движения паука, я разогнался и в последний момент упал ничком, придавив кого-то мелкого. Мелкий истошно запищал, но цапнуть меня все равно успел. Я разминулся с острыми придатками, торчащими из морды здоровяка, и проехался у него под брюхом. Вскочил, пнул паука и, получив ускорение, в два прыжка оказался в норе.

Скатился почти на двухметровую глубину, влетел в какой-то мусор из костей, скорлупок и старой паутины. И жёстко, и мягко одновременно. Особенно жёстко там, где стволы в спину впивались. А мягко там, где клоков старой паутины побольше скопилось. Прежде чем я начал нервничать, что опять запутаюсь, мне удалось вырваться на открытое пространство.