На этот раз на Старой площади заслушивался, в числе прочего, отчёт ревизионной комиссии, разбиравшей авгиевы конюшни АЗЛК. Зачитывал его чиновник из народного контроля. Неприятные для многих слова об отгрузках без пред- и любой другой оплаты, то есть без денег вообще, сохранились.

Это майское нецирковое представление до боли напомнило аналогичное апрельское сборище, где меня намеревались песочить, но в итоге с грехом пополам одобрили мою политику. Зачем повторяться? Потому что надо! Так партия велит.

Если я рассчитывал услышать слова благодарности в свой адрес — как вскрыл гнойник воровства и злоупотреблений, с ходу бросившись наводить порядок, то ничуть не бывало. Моя фамилия прозвучала единожды — как подписавшего провальный баланс за 1-й квартал 1979 года.

В зале сидели Генеральные и заместители Генеральных всех автозаводов, исключая военный Ижмаш, присутствовал даже руководитель Серпуховского автозавода, клепавшего «моргуновки», то есть инвалидные мотоколяски вроде использованной в фильме «Операция Ы», может, чуть осовремененные. В президиуме заседали, пардон, скорее — восседали, более высокие начальники. Председательствовал секретарь ЦК КПСС Латынин, рядом с ним расплылся Генеральный ГАЗа, они между собой оживлённо беседовали, я сомневаюсь, что главный партиец толком слышал содержание доклада о бедствиях на АЗЛК. Там же находились чиновники промышленного отдела ЦК с начальником этого отдела, и наш министр Житков. В итоге наверху рядом с трибуной почти столько же народу, как и пролетариев управленческого труда внизу.

Как только народноконтролец закончил, Латынин оставил в покое Ивана Ивановича, поднял на меня тяжёлый взгляд и вопросил:

— Товарищ Брунов! Сущие безобразия у вас на заводе творятся! Как докатились до жизни такой?

Отвечать полагалось, наверно, с места. Но психологически невыгодно отбрехиваться снизу вверх.

Лёгкой спортивной походкой я взлетел к трибуне. Наверно, уже этим вызвал некоторую волну антипатии к себе, коллеги-автостроители и старше возрастом, и по комплекции в большинстве своём способны передвигаться только с грацией раскормленных ко Дню благодарения индеек.

— Очевидно, предыдущий оратор ввёл вас в заблуждение, не указав крайне существенную деталь. Автор, как вы выразились, сущих безобразий арестован и повесился в камере. Я принял завод с апреля в состоянии — и правда хоть вешайся. Но инициировал сам упомянутую ревизию и буквально за месяц пресёк криминальные схемы, оздоровил финансы, начал расчёты по задолженностям с поставщиками, впервые за многие годы работники получили прибавку к зарплате в виде премии. Забота о рабочем классе — наш главный приоритет, товарищи!