«Первыми заволновались американцы. Они, конечно, не на войну с нами делают ставку — это только прикрытие, они стремятся гонкой вооружений задавить нашу экономику, и без того слабую. И, конечно, любое укрепление нашей экономики — это для них самое страшное из всего, что только может быть. Поэтому они сразу открыли огонь по мне из всех возможных калибров. Появились сначала две статьи: одна в 'Вашингтон пост’Виктора Зорзы, а другая — в английской 'Гардиан». Первая называлась «Перфокарта управляет Кремлем’и была рассчитана на наших руководителей. Там было написано следующее: 'Царь советской кибернетики академик В. М. Глушков предлагает заменить кремлевских руководителей вычислительными машинами ». Ну и так далее, низкопробная статья.
Статья в «Гардиан» была рассчитана на советскую интеллигенцию. Там было сказано, что академик Глушков предлагает создать сеть вычислительных центров с банками данных, что это звучит очень современно, и это более передовое, чем есть сейчас на Западе, но делается не для экономики, а на самом деле это заказ КГБ, направленный на то, чтобы упрятать мысли советских граждан в банки данных и следить за каждым человеком'.
14 марта 1977 года. Вена. Дворец международных отношений
Кобзырев, заместитель министра иностранных дел СССР был человеком сдержанным и потому на выпад своего турецкого коллеги не ответил. Зато ровным голосом продолжил:
— Советский Союз считает неприемлемым подобное положение дел. Закрытие проливов является злостным нарушением международного права. Как и ваши предыдущие посягательства на территорию Кипра. По сути, это был акт агрессии против государства Кипр и Военно-морского флота Советского Союза. Первый обратился к нам за помощью в отражении агрессии. И ООН согласился по итогу с советским вмешательством. Закрытие проливов никаким образом не связаны с данным прецедентом. И поэтому мы продолжаем рассматривать иные возможности преодоления текущей проблемы.
Советский переговорщик красноречиво глянул на своего турецкого коллегу. Тот еле сдержался от возмущения. Не то место и, не то время. Турция и так получила по шапке практически от всех мировых держав. Некоторые договоры должны быть незыблемыми. Шведский дипломатКристер Викман председательствующий на заседании, еле сдержал вздох. Но он так и предвидел, когда узнал, что приедет «мистер Наглец». Именно так обозвали Кобзырева. Это был дипломат из «новой волны». Без идеологической шелухи, деловой, но когтями и зубами защищающий интересы второй сверхдержавы мира. И надо признаться, у него это частенько получалось. Вместо компромиссов и уступок он выбивал Союзу самые лучшие условия. Потому что за ним зловещим призраком проглядывала Красная империя. Тяжелая поступь танковых дивизий, шум авианосных групп и грозная тень боевых космических платформ тому были подтверждением.