— Как же губернатор, следствие? — удивился Бонакорси.
— Что следствие? Я работу выполнил. Де Круа выследил. Тодта при мне арестовали. Терцо при мне арестовали. Я человек не публичный, мне не надо такой славы, о которой герольды объявляют. Работу сделал, награду получил. Тут губернатор бы был не вправе на меня обижаться.
— А за то, что ушел?
— Я человек вольный. Не крестьянин, к земле не привязан. Не рыцарь, присяги служить до гроба не давал. И даже не ремесленник, в гильдиях и цехах не состою. А и состоял бы, то числился бы в Марселе, а не в Турине. Жены нет, детей нет, недвижимости нет. Даже лодки в порту нет. Захотел — встал и ушел. По совести, конечно, губернатор бы и обидеться мог бы. Но с точки зрения права я могу уйти хоть сейчас, и никакой суд меня не обяжет.
— А совесть?
— Совесть говорит, что я должен отработать сумму, которую взял авансом. И сумму, которую взял на расходы, не присвоить, а потратить на расходы. Найдем де Круа и считай, отработал.
— Что мы с ним делать будем, когда найдем?
— Пригласим к де Виллару. Вежливо и ненавязчиво.
— Вдруг откажет?
— С чего он откажет? — удивился Мальваузен, — Он сейчас во что влип? Сначала подумал, наверное, что подружился с Медичи. Потом поссорился с Луизой Савойской. И оказалось, что авторитета и влияния викария недостаточно, чтобы разобраться по-хорошему. Бежать пришлось. А бежать во Францию, имея во врагах королеву-мать, плохая идея. Де Виллар как раз из тех немногих, кто может помочь человеку с ней помириться.
— А золото?
— Думаю, к рукам де Круа много золота не прилипло. Он же с простреленной головой до Пиццигеттоне доехал и без груза. Раз уж он жив, то всем до ужаса интересна его версия событий. Особенно в части, за которую с него и не спросишь. Как золото утекло от короля, чье оно было, когда грабители украли его у де Ментона в Генуе, и кто об этом всем знал из придворных и до сих пор пока молчит.
Как известно, при особой необходимости на лошади можно гнать без остановок. Но это если лошадь вам не дорога. Все нормальные люди на больших перегонах делают остановки на водопой. Фредерик и Симон ни от кого не убегали, и за ними никто не гнался. Поэтому они предсказуемо выбрали одной из промежуточных остановок аббатство Сан-Антонио-ди-Ранверсо, расположенное примерно на полпути между Турином и Сакра-ди-Сан-Мигеле.
Напоили лошадей. Сами съели по куску пирога. Вышли на улицу и столкнулись с недавними знакомыми. Алессандро Петруччи и Фернандо Пичокки. Тот самый Пичокки, которому Фредерик позавчера пообещал, что выберет место для дуэли, а то с него станется захотеть сдохнуть на берегу выгребной ямы.