— В течение многих лет Поднебесная смотрела на северного соседа как на сильную и суровую державу, — продолжал переводить Сюй слова государя. — Мы знали русских воинов, дипломатов и торговцев. Теперь я узнал Россию с иной стороны. Эта страна щедро отправила к нам не только первоклассного мастера, но и человека, который защищает чужого наследника как своего. Который не оставляет хозяев дома в беде и платит собственной кровью за безопасность тех, с кем разделил хлеб и работу.
Император сделал короткую паузу.
— Смелость можно продемонстрировать. Самопожертвование невозможно сыграть заранее. Поэтому поступок мастера Фаберже говорит о его стране больше, чем многие речи послов. Я лично направлю российскому императору письмо с благодарностью и сообщу, что его подданный спас будущее нашего Дома.
Слова были обращены ко мне, но услышать их должны были все. Особенно дипломаты, стоявшие у дальней колоннады.
Я ещё раз поклонился.
— Благодарю, ваше императорское величество. Однако в этот момент я не думал ни о России, ни о дипломатии, ни о героизме. Лишь увидел угрозу и сделал то, что было необходимо. Уверен, на моём месте так же поступил любой.
Сюй перевёл. Император посмотрел на наследника, затем снова на меня.
— Именно поэтому вашим словам можно доверять. — Он обратился к отцу. — Василий Фридрихович, вы вырастили достойного наследника.
Отец помолчал долю секунды.
— Я горжусь им, ваше императорское величество.
Хэ Чжэньго ударил жезлом о каменный пол.
— Его Императорское Величество желает наградить Александра Васильевича Фаберже, — объявил Сюй.
Я ожидал грамоту, орден или ещё одну нефритовую печать. При китайском дворе любили печати, и я начинал подозревать, что без собственной печати здесь не разрешалось даже шагу ступить.
Но император ничего не взял у служителей.
Вместо этого наследный принц спустился с возвышения. В руках он держал небольшой футляр из чёрного дерева.
Принц остановился передо мной, едва заметно улыбнулся и открыл крышку.
На чёрном бархате лежал красный бриллиант.
Тот самый, который я тогда увидел на экскурсии по императорской сокровищнице. Небольшой для редкого бриллианта, овальной огранки, примерно два карата. Камень был чуть крупнее зерна граната, но его цвет невозможно было спутать ни с рубином, ни со шпинелью. Глубокий чистый красный тон не уходил в малиновый или коричневый. Свет входил через верхние грани, собирался внутри и возвращался короткой яркой вспышкой.
«Принц Уэльский», редчайший красный бриллиант исключительной чистоты, подаренный австралийцами китайцам за спасение наследника Британской короны.