Секретарь выслушал его и отдал приказ. Двое стражников открыли решётку, остальные разошлись по боковым проходам.
— Вы видели лицо? — спросил Чжао Синь.
Я покачал головой.
— Нет. Рост средний, сложение лёгкое, даже изящное. Двигался как человек, знающий дворец. Заранее открыл служебную дверь и подготовил шнур.
Я передал ему клочок ткани.
— Простая материя, — сказал он. — Такую носят слуги, младшие мастера и половина дворцовой стражи под доспехами.
Только сейчас мне в голову пришла мысль, что вор мог быть… Женщиной. Тогда понятно, почему он так стремился на женскую половину.
Мы вернулись к кладовой. Хань Шэн шёл рядом и сжимал в руке латунный молоток. Не самое грозное оружие, но он хотя бы не пришёл на погоню с лупой.
У двери уже стояли гвардейцы. На полу лежал узкий согнутый кусок проволоки — инструмент, который беглец бросил при моём появлении.
Я поднял его через ткань.
Латунь. Конец расплющен и заточен, на изгибе следы пальцев. Такими проволоками вскрывали простые замки и поднимали внутренние защёлки.
— Такое может много кто сделать, — сказал я.
Хань Шэн внимательно посмотрел и кивнул.
Незваный гость снова оказался на один ход впереди.
* * *
Старший мастер Лян приехал меньше чем через четверть часа.
Он вошёл в мастерскую в простой тёмной одежде, без церемониального пояса и знаков старшего мастера. Видимо, его подняли с постели. За ним следовали Сюй, отец и ещё шесть гвардейцев.
Лян осмотрел сорванную печать, замок и служебную дверь. Потом приказал закрыть все выходы из крыла и проверить людей, находившихся внутри после вечернего сигнала.
А мы начали инвентаризацию.
Отец сверял металл и инструменты с журналом. Я проверял камни и пробные материалы. Хань Шэн показывал, какие коробки лежали иначе до проникновения. У него оказалась хорошая зрительная память.
Золото было на месте. Платина тоже. Коробка с рубинами не вскрыта. Жёлтый алмаз и его фрагменты хранились в другом, защищённом шкафу — печать была цела. Чертежи Печати, Сада и Звезды лежали в закрытых папках.
Ничего не пропало.
— Тогда зачем рисковать? — спросил Сюй.
Лян не ответил. Он взял фонарь и осмотрел полки сбоку.
Но три коробки переставили. Не сильно — всего на несколько пальцев. В первой хранились бронзовые крепления. Во второй — пробные эмалевые пластины. В третьей — заменители материалов для Звезды.
Крышку третьей коробки открывали. Восковая нитка, которой её перевязал Хань Шэн, была разрезана и положена сверху, чтобы издалека выглядеть целой.
Я вынул содержимое на белую ткань.
Пять образцов: дерево, красный камень, жёлтый кварц, серебристый металл и синий халцедон. Всё совпадало с журналом. Вес — тоже.