Шао Чжань разжал руку, подавил все эмоции и сказал: — Если завтра не решишь проблему — сам и уйди из жизни.
Сюй Шэн вырвался из лап смерти Шао Чжаня и смог кое-как протянуть ещё немного. Вернувшись, он не спал всю ночь — как артист перед кризисом пиара.
Сюй Шэн думал, что доживёт хотя бы до утренней самоподготовки. Но не дождался — представители «класса поедателей сплетен» из седьмой группы, Хоу Цзюнь и Тань Кай, специально пришли в общежитие с утра пораньше.
Прошедшая ночь была бессонной для всех, кто участвовал в голосовании в Линьцзянской шестой школе.
Хоу Цзюнь и Тань Кай тем более не могли уснуть!
Перед походом Тань Кай встретился с Хоу Цзюнем: «Брат Обезьян, что же я наделал! Я же говорил Чжань-гэ, что проголосую за него. Неудивительно, что каждый раз, когда я это говорил, у Чжань-гэ на лице появлялось что-то необычное… Теперь я понимаю, это было не просто так!»
Хоу Цзюнь был в шоке: «Нифига себе! Неужели были намёки?»
Тань Кай сказал: «Этот взгляд словно говорил: “Почему ты не голосуешь за Сюй Шэна?” Да, чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что так оно и было».
Болтая, они спустились по лестнице в полном трансе.
Они встали рано, в общежитии ещё почти никого не было.
Тань Кай собрался с духом и постучал в дверь два раза. Из-за двери раздался незнакомый и в то же время знакомый голос: — Секунду.
Незнакомый — потому что это явно был не голос учёного бога.
Знакомый — потому что хотя это и был не голос учёного бога, где-то они его точно слышали. Очень знакомый.
Хоу Цзюнь усомнился: — Может, мы не в ту дверь постучали?
Тань Кай был уверен: — Не может быть! Чжань-гэ живёт именно здесь!
Едва Тань Кай закончил фразу, дверь открылась.
Было ещё слишком рано. Шао Чжань подумал, что стучать мог только Сюй Шэн. К тому же, привыкнув жить в этой комнате, многие действия стали рефлекторными. Конечно, обычно он не был таким неосторожным. Но главное — из-за того самого поста Сюй Шэна он тоже почти не спал всю ночь. В итоге он только натянул одежду, волосы были всклокочены, и наткнулся на два остолбеневших взгляда.
Шао Чжань: «…»
Тань Кай: «…»
Хоу Цзюнь: «…»
Если до прихода Тань Кай и Хоу Цзюнь ещё просто подозревали, то теперь их мировоззрение рухнуло окончательно: какого чёрта дверь открыл Сюй Шэн?
Глава 21
Глава 21
Трое стояли лицом к лицу, и никто не решался заговорить.
Шао Чжань в таком виде явно только что встал с кровати: прищуренные глаза, одна рука на затылке, другая на дверной ручке. Погода стояла душная, но в его взгляде будто мела метель — от одного взгляда пробирало холодом.