— Приказ императора ещё не значит, что человек заслужил смерть, — сказал я, глядя в глаза Есении.
Она склонила голову, показывая, что ждёт продолжения.
— Знаю, как ты относишься к подобным вещам. Поэтому хочу, чтобы ты понимала, в чем дело.
— Спасибо, Ваше Сиятельство. Объяснения не обязательны, поэтому я высоко ценю то, что вы уважаете мою позицию.
Она улыбнулась, поощряя меня продолжать.
— Один из родственников императора замыслил подменить его лицедеем. Я раскрыл заговор, и замысел был сорван. Однако этот человек не прекратил своей деятельности, пользуясь тем, что Его Величество не желает выносить сор из избы. В результате он был приговорён к казни. Исполнить приговор император поручил мне.
— Полагаю, приговор вполне справедлив, — чуть помолчав, ответила Есения. — Как и судьба, постигшая мой клан.
— Ты уже не являешься его частью.
— Знаю. И меня это радует.
— Когда мы поженимся, я хочу, чтобы ты свела татуировку.
Падшая не отвечала секунд двадцать. Было видно, что она обдумывает мои слова.
— Вместе с падением клана пали и его законы, — проговорила она, наконец. — Я хотела помнить, кем была, черпая из этих воспоминаний силу, чтобы выжить и остаться собой. Но теперь, принимая законы вашего клана, я должна забыть о прошлом. И принять новые правила. Черпать силы из другого источника.
— Это означает, что ты согласна?
— Да, Ваше Сиятельство. Полагаю, это справедливое требование. Как и казнь заговорщика, не желающего остановиться.
Я был рад услышать это. Так что даже улыбнулся.
— Хорошо, что мы понимаем друг друга. Сегодня я собираюсь привести приговор в исполнение. Цель намерена ускользнуть, покинув город. Допустить этого нельзя.
— Что я должна делать?
— Приговорённого зовут Валерий Голицын. Он вступил в сговор с гулями, желая подменить императора. На территории города находится его сообщник. Лицедей. Полагаю, от встречи с ним Голицын не посмеет отказаться. Мы отправимся в его поместье. Я выдам себя за аль-гуля.
— Но… — было заметно, что мои слова поразили Есению, и она толком не понимает, что думать и говорить. — Каким образом? И потом, это ведь означает, что нам придётся ехать вдвоём?
— Вовсе нет. Я ведь буду выдавать себя за аль-гуля, который принял вид меня. Вернее, занял моё место.
— Значит, вы войдёте в дом Валерия Голицына, убьёте его и просто выйдете? Но ведь приговор вынесен тайно. Для всех вы станете обычным убийцей члена царской фамилии!
— Дело будет замято. Инцидент не получит огласки. Главное — попасть в дом Голицына. Маркиза Скуратова, ассасина, он бы ни за что не впустил. Тем более, что уже распространились слухи о том, что Его Величество, так сказать, принял мой род на службу. Плюс Голицын знает, как я отношусь к нему. Он понимает, что у меня есть поводы его убрать. Однако не у лицедея в моём обличье.