— Потому что мне следовало сначала спросить разрешения у старшего в роду… это формальность, но…
— Эльфы ещё те формалисты, — Император допил чай и посмотрел в кружку. — Это да…
— Ладно, мне другое интересно… на хрена Свириденко эта вот купель?
— Полежать захотелось? — чайник снова пыхнул от импульса силы.
— Если купель заточена под Вельяминовых, то любого другого человека она просто убьёт, — Иван медленно жевал отбитый у верховной власти кусок батона. — А скорее всего именно, что она делалась под кровь… на кровь… в общем, иначе не было бы проблемы. Нанял бы кого полежать денек-два… или просто пригласил вон стороннего специалиста… а они сами.
— На самоубийцу этот тип не похож…
И Бер кивнул, с императором соглашаясь.
Не он один.
— Ладно… тут мы чего-то не знаем. С другой стороны… выкупить… вряд ли кто бы продал. Бесполезно даже пытаться. А почему он силой не захватит?
— Тут просто, — Иван позволил себе улыбку. — Там ведь дверь из мэллорна. Она на силу и кровь запечатана, и в целом… если эту дверь закрыть, то её уже не откроешь.
— Совсем?
— Совсем. Это дерево… оно в какой-то мере разумно. Его не обманешь, скажем, взяв заложника и подведя к двери. Угрозами там жизни… оно ощутит всё это… и дверь закроется.
— Интересно… — Император хлебал кипяток и не морщился. — Очень интересно… откуда Свириденко знает об этом?
— Понятия не имею, но… выходит, что знает?
И наверное, хорошо, наверное, не знай он об особенностях, точно рискнул бы захватить дом…
— Остаётся мелочь, — Император глядел серьёзно, но налившиеся лиловым цветом фингалы несколько сказывались на торжественности момента. — Понять, что делать там… какие будут предложения?
— Ну… — Бер завис немного. — Адвокаты будут… там и Вед дёрнет, и Ванька вон эльфийского посла порадует… силовая поддержка тоже есть. Если нужно, лягу, но никакого урода не пущу… если что, то войну небольшую Волотовы потянут.
Император подавился чаем, призадумался и пожал плечами:
— В принципе… мне ещё полчища врагов повергнуть надо… я голову ломал, где их взять-то…
— А с гробом что? — Иван прислушался к себе, пытаясь понять, не помешает ли врождённый эльфийский пацифизм участию в маленькой войне.
Пацифизм молчал.
Желание дать в морду тому, кто устроил вечернее представление, никуда не делось.
— И с Василисой… Вельяминовой… хотя бы с нею? Оптимально бы двоих вытащить… как-то… как?
Стало тихо.
Идей не было. И у Ивана тоже… бабушке он позвонит. Если эльфы принимали участие в создании этой штуки, то должны знать, как убрать эффект окаменения… если его вообще можно убрать.